Hogwarts: Ultima Ratio

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Квесты » q. o.13.1 Problem Child


q. o.13.1 Problem Child

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

http://cs305812.vk.me/v305812759/4721/iV2759Vj5zw.jpg

- название квеста:
q. o.13.1 Problem Child
- ссылка на организационную тему:
q. o.13.1 Problem Child
- дата:
20 января 1998 года
- место:
Выручай-комната
- участники:
см. организационную тему
-краткое описание:

      То, что бывшие узники Азкабана считают школу своей вотчиной, а слизеринцы совсем распоясались, не могло не вызвать возмущения Армии Дамблдора. Пусть великий волшебник погиб смертью храбрых – так, как и полагается настоящему гриффиндорцу, - это не повод падать духом. Пусть учеников заставляют маршировать, словно солдат в строю, и запрещают выходить из гостиных без особого разрешения – правила созданы для того, чтобы их нарушать. Этот лозунг действовал даже тогда, когда правила были разумными, а не бестолковыми, как теперь.
      До верных бойцов отряда, собранного Гарри для того, чтобы противостоять злу, доходят слухи о том, что вдалеке, за стенами школы, идёт борьба не на шутку. Покинувшие школу близнецы Уизли, а также их бессменнный друг Ли Джордан организовали подпольное радио; Орден Феникса помогает маглорожденным и полукровкам покинуть страну, чтобы за границей отсидеться во время войны; врачи Св. Мунго рискуют своими жизнями, спасая раненых во время стычек. Почему же здесь, в родной колыбели всех английских волшебников, они позволяют приспешникам Волдеморта хозяйничать, а не задушат их, как младенец-Геракл – подосланных Герой гадюк?
      Да, им не под силу нанести сокрушительный удар, который раз и навсегда изгнал бы захватчиков из родного замка, и вот они решают вести против злоумышленников, что вырядились в мантии преподавателей, партизанскую войну. Пикси не в состоянии завалить громамонта, но редко кто сохранит присутствие духа, когда на него изо дня в день валятся мелкие неприятности. Способности школьников трудно сравнить с многократно проверенными силами взрослых опытных магов, не гнушавшихся убийствами и пытками, но моральную ценность личного примера нельзя недооценивать. С помощью стремительных действий в духе Зорро собравшиеся в Выручай-комнате повстанцы хотят показать остальным однокурсникам, затаившимся, будто мыши, что нужно преодолеть страх.
      Одна голова хорошо – а две лучше. Зачинщики перекрикивают друг друга, решая, как осуществить саботаж, выдвигая разные идеи от детских шалостей, наподобие подкладывания кнопок на стулья, до настоящих диверсий, призванных парализовать работу преподавательского состава. К тому же, необходимо выбрать тех, кто будет на передовой. Сложный вопрос, ведь наверняка за проделкой последует нешуточное наказание. Давно ли были те времена, когда выговор профессора МакГонагалл казался им серьезной карой за проступок? Пожирателям Смерти неведомы ни жалость, ни чувство справедливости: Crucio слетает с их губ так же легко, как слова приветствия.

 
- присутствие гейм-мастера:
в случае необходимости
-примечания:

+3

2

Удивительно, как иногда поворачивается жизнь, особенно, в военное время. То, что раньше казалось страшным, обидным и пугающим, теперь кажется полной ерундой, по сравнению с тем, что творится вокруг. Тогда величайшим несчастьем было получить выговор от Макгонагалл или посетить урок Снейпа. Страшным событием было позвать девочку на свидание (тут и до инфаркта недалеко!) или встретить в коридоре Драко Малфоя. Ах нет, впрочем, на Малфоя и сейчас натыкаться не стоит, хотя бы в этом ничего не изменилось, есть еще что-то устойчивое в нашем мире.
В Хогвартсе война приняла странные формы – как будто бы все осталось по-прежнему, свиду, сверху, для широкой общественности. Все так же проходят уроки, начисляются и отнимаются баллы, назначаются наказания. Но все это приняло извращенные формы, доведенные до абсурда и максимальной болевой точки. Магглорожденным больше нет места ни на каком факультете, учителя-Пожиратели заставляют студентов испытывать Непростительные заклятия друг на друге. Неужели хоть кто-то из Основателей представлял себе когда-нибудь школу такой?
Для многих студентов ситуация выглядит безнадежной, возможно, потому что она действительно безнадежна, но разве можно по-настоящему в это поверить? Ведь если так, то все на свете сразу теряет смысл, даже сама жизнь. Возможно, именно поэтому многие, в основном гриффиндорцы, с самого начала не теряли веру в то, что сопротивление возможно даже при таком режиме. А потом и привлекли на свою сторону многих других.
Сегодня утром Невилл подскочил с постели как ужаленный, не смотря на то, что мышцы все еще болели от прямого столкновения с круциатусом Кэрроу – эти ребята с самого начала невзлюбили гриффиндорца, с удовольствием вымещая на нем свою злость в любое удобное время. Чего греха таить, Невилл сам давал для них отличные поводы, но иначе поступать тоже не мог. Гриффиндорец он или слизеринец трусливый?
После того, как в начале года не вернулись в Хогвартс Гарри, Рон и Гермиона, что было вполне ожидаемо, Невилл стал одним из лидеров сопротивления в школе, одним из лидеров Отряда Дамблдора. Впервые в жизни Невилл занял лидерскую позицию и частенько был очень удивлен тем, что ребята действительно прислушиваются к его мнению и признают его главным над ними, разве это не удивительно? И Невилл изо всех сил старался соответствовать их ожиданиям, не давать себе слабины.
Самое главное, что заставляло его терпеть боль от наказаний и унижений – это надежда. Надежда на то, что за стенами Хогвартса еще идет борьба, что, так же как и в Хогвартсе, там есть люди, которые не сдались, и они придут на помощь в решающий момент. Надежда на то, что Гарри вернется и поведет их в последний бой, в битву за Хогвартс. Надежда, что Пожирателей вообще можно как-то победить.
Раньше Невиллу казалось, что эти мотивирующие слова про надежду, веру и прочие штуки в том же духе – просто романтический бред, придуманный Дамблдором. Красивый, но совершенно бесполезный, как карликовый пушистик. Но оказалось, что и от такого пушистика будет толк, если припереть его к стенке, а именно это и происходило в Хогвартсе теперь. В школе не осталось ни одного безопасного места, которое не было бы известным Пожирателям, кроме… Выручай-комнаты, конечно.
«Пусть появится место, где мы будем в безопасности, пусть появится, пусть появится…»
Усиленные думы Невилла привели к долгожданному результату – в стене тут же появилась большая, такая знакомая дверь. Привычно толкнув створки, гриффиндорец проник внутрь помещения, которое очень изменилось с пятого курса – теперь это место больше похоже на штаб-квартиру, чем на обычное место для внеклассных занятий за спиной гадкой жабы Амбридж.
Невилл поприветствовал ребят, находящихся здесь. Так получилось, что Выручай-комната стала приютом для студентов, ставших жертвой репрессий учителей-Пожирателей. Самое смешное, что теперь никто не сможет их найти, если они сами этого не захотят. У Невилла иногда возникало такое чувство, что Хогвартс сам помогает студентам сопротивляться насилию Пожирателей. Может, так оно и есть? Может, Дамблдор был прав, и замок – это настоящее живое существо, которое тоже может чувствовать и заботиться о своих обитателях? Наверняка так оно и есть.
Невилл кинул взгляд на большие медные часы, украшенные драконами, которые висели над камином. Скоро начнет подтягиваться основная масса ребят. К сожалению, засиживаться долго нельзя – отсутствие любого студента дольше часа будет замечено, а скрываться всем вместе в Выручай-комнате все время – скверная идея. Нельзя же просто прятать голову в песок и ждать, пока война закончится сама, верно? Значит, нужно максимально быстро обсудить сложившиеся вопросы и решить, как следует поступать дальше. Невилл положил подбородок на сложенные руки и задумался над тем, чтобы он мог предложить в качестве дежурной гадости Пожирателям для поднятия боевого духа остальных студентов. Идей было много, но вот вопрос – кто рискнет подставляться под удар? Невилл закатал рукав мантии и задумчиво посмотрел на огромный лиловый синяк на левой руке.

+7

3

С каждым днем замок все больше и больше напоминал клетку, в которой держали большое количество вольных птиц, так и рвавшихся на свободу. Напряжение, страх, смятение, ненависть, стали буквально ощутимы в каждом сантиметре дворца, так сильно изменившегося за последние пол года. Глядя на сегодняшнюю обстановку в коридорах, кабинетах и даже в гостиной родного факультета, Дженни не могла поверить, что когда то эти холодные стены она могла считать вторым домом, а этих людей - своей семьей. Дада, даже высокомерных Слизеринцев, по большей мере не смотревших в её сторону и задиравших любого, кто по их мнению не подходил под их представление "нормального человека", она считала кем то вроде дальних родственников, с которым тяжело ужиться, но которого в любом случае приходится терпеть. А что теперь? Теперь даже в собственной спальне она боится произнести лишнее слово, словно ожидая нападения от кого-либо из собственных соседок, с которыми она прожила вместе уже более шести лет. Студентов в прямом смысле загнали в угол новые учителя, на уроках которых иной раз было страшно вздохнуть слишком громко или же просто проявить хоть какую то малейшую инициативу, из-за которых мало кто решался лишний раз покинуть собственную спальню и уж тем более встретиться с друзьями где-нибудь в замке. Ясно было одно - такое существование рано или поздно должно было осточертеть всем, разве не этому учит нас история? Каждый диктатор, решившейся подмять под себя народ был свергнут людьми, которым в конце концов надоело плясать под его дудку. Глупо было бы предположить, что и в замке не найдутся юные волшебники, мечтающие сбросить с себя столь тягостные оковы, что война, происходившая за стенами школы не оставит никакого отпечатка на студентах, что "всего лишь глупые дети, играющие в защитников" не попытаются остановить так называемых монстров, не жалеющих никого вокруг.
В последнее время проводить встречи Армии Дамблдора было ужасно тяжело - отсутствие даже двух-трех волшебников в собственных гостиных (а что уж говорить об уроках или же обеда в большом зале), напрягало новое руководство, которым услужливо предоставляли информацию студенты, стоявшие по другую сторону баррикад. Подумать только, когда то Долорес Амбридж казалась им всем злейшим врагом, диктатором, с которым было трудно бороться, а что теперь? Да если бы в замок вернулась эта жаба в обмен на Снейпа и всех прочих Пожирателей, Дженнифер плясала бы от счастья. Её попытки уследить за всем и вся, желание поймать учеников с поличным, теперь казались всего лишь навсего детскими шалостями.
Поправив мантию и захватив с собой учебник по травологии, Дженнифер покинула башню равенкло. Она уже и так пропустила несколько встреч в выручай-комнате, и поэтому не могла позволить себе сделать это снова. В конце-концов, новости то нужно узнавать от кого-нибудь. А эта книга, я очень надеюсь, послужит вполне резонным объяснением моему отсутствию. Внимательно вслушиваясь в каждый шорох, Гаскойн медленно направлялась в сторону выручай-комнаты, в которой, как впрочем и всегда, должна была состояться встреча. Интересно, кто придет туда сегодня? И что же на повестке дня?
Замерев перед стеной на пару секунд, Лисица внимательно посмотрела по сторонам, проверяя, не привела ли она за собой "хвост", чуть позже закрыла глаза и представила комнату. Открыв появившуюся из ниоткуда дверь, Гаскойн быстро зашла внутрь.
-Всем привет, надеюсь я не опоздала?- Моргнув пару раз, привыкая к освещению, Лисица стала внимательно смотреть по сторонам. В комнате находилось всего лишь несколько человек, которые тихо переговаривались или же читали книги. Удовлетворенно улыбнувшись, Дженни присела в одно из кресел, стоящих около стены, прямо напротив входа.

+5

4

внешний вид

Школьная форма, мантия, в рукаве которой спрятана волшебная палочка, сумка с парой учебников, пустых свитков и канцелярских принадлежностей; на голове наспех заделан хвост.

Время – страшная штука. Оно меняет людей, оно меняет историю, оно меняет пространство. А ещё время очень жестоко. Мало того, что оно всё и неизбежно меняет, так ещё и делает это непременно в кратчайшие сроки. Бывает, заметить не успеваешь, как вокруг тебя образовался уже совершенно другой, совершенно чужой мир.
Только вчера Кэрол закрыла заплаканные от счастья глаза в свой первый день в Хогвартсе, а открыв их сегодня, уже очутилась в январе 1998 года, когда страшно лишний раз шелохнуться, чтобы не навлечь на себя беду. Ещё вчера ярко светило солнце и был слышен весёлый гомон юных студентов, а сегодня – тишина и темнота повисли над школой, стены стали холодными и неприветливыми, и за каждым учеником тянулся шлейф страха и одновременно ярости по отношению к ситуации в магическом мире. Вчера утром девушка радостно махала детской ладошкой родителям из поезда Хогвартс-Экспресс, а сегодня ей страшно подумать, что могло случиться с её родителями.
Каждый чувствовал себя марионеткой – каждый был в подвешенном состоянии. Но никто и ничего не мог с этим поделать: кто от смиренности, кто от отсутствия поддержки, кто от страха. Но Армия Дамблдора не намеревалась терпеть унижение от Пожирателей Смерти. Нет! Это не в их духе. Сегодня было первое собрание группы за последнее время, потому что проводить их было чертовски опасно. На повестке дня прояснение ситуации и дальнейших действий отряда, ибо сил смотреть на насилие уже не хватало.
Кэрол торопливо и бесшумно продвигалась по лестницам к Выручай-комнате, её мысли занимало лишь одно – план отмщения Волдеморту (в лице его приспешников-преподавателей) за всё, что сейчас происходит в школе, в стране, в мире. Она не могла успокоиться: её раздирало чувство злости по отношению к тем, кто безжалостен к слабым и ни в чем невиновным, и ей жутко хотелось сотворить что-нибудь такое, что заставило бы Пожирателей Смерти сожалеть о своих действиях. Но что бы ни приходило на ум хаффлпаффке, казалось как минимум нелепым и бессмысленным: всё было слишком мелким и приземлённым, больше похожим на шалость, чем на что-то большее.
Девушка в расстройстве от того, что не может ничего сообразить, приблизилась к стене, в которой вот-вот должна была появиться дверь в единственный укромный уголок в замке. Она быстро оглянулась по сторонам и трижды прошла перед стеной, вызывая Выручай-комнату. Тут же перед её глазами открылась исполинская дверь в залу собраний Армии Дамблдора, и Броуди заскочила внутрь.
– Ребята, всем привет! – как можно веселее сказала студентка, но, оглянувшись на довольно пасмурные лица собравшихся, посерьёзнела. Видно было, что некоторые только-только зашли в Выручай-комнату, и собрание ещё не началось. – Надеюсь, остальные скоро подтянутся и с ними всё о’кей, – пробормотала хаффлпаффка и на всякий случай добавила: – Вы ещё ничего не обсуждали? События в школе, преподавателей и что мы будем с этим делать, например?..

+3

5

Внешний вид

http://www.listal.com/viewimage/5352108 + полу распахнутая мантия, в рукаве - палочка.

Эрика давно решила для себя, что нужно бы им действовать. Собраться всей толпой и решить, что стоит предпринять против этих чёртовых Пожирателей. Когда Невилл рассказал о том, что их отряд, названный в честь самого великого волшебника всех времён, по мнению Тедди, вновь собирается, девушка очень обрадовалась. Она полностью одобрила идею Лонгботтома, заверив его в том, что и сама обязательно придёт. Теодора была трусишкой, но ей совсем не хотелось оставаться такой и дальше. Она не выступала против Пожирателей в открытую, как делал это Нев, за что и получал тумаки, но и мышкой не сидела, предпочитая пакостить пусть и втихую, но уверенно. Равенкловка делала всё, чтобы досадить тем же Кэрроу, но это было опасно и часто идеи оставались просто идеями, хоть иногда ей и удавалось вывести их из себя какой-то мелочью. Война. Она уже была здесь, пусть и мало заметная, но весь Хогвартс превратился в поле боя, каждый дрался как умел. Но всё настолько перемешалось, друзья и враги, кто-то до сих пор пытался сохранять нейтралитет. Но всем придётся выбирать, каждому, это неизбежно, этого не изменить. Выбор падёт на каждого, хочет он того или нет.
Равенкловка прошмыгнула в Выручай-комнату, где теперь было убежище для многих, кто пытался избежать тоталитарного режима школы. Это была обитель свободы, счастья, отдыха. Здесь можно было спрятаться. Эри сама частенько прибегала к данному помещению, чтобы скрыться от неприятных мыслей. Хогвартс хотел помочь, он желал освобождения от тех, кто не достоин быть в его стенах. В Выручайке было не очень много народу, но Тедди была уверена, что всё только начинается и люди будут подходить, и подходить. Эри вошла в тот момент, когда Кэрол договаривала последнюю фразу.
- И правда... - пробормотала Гейл. - Всем добра, - обозначила девушка своё присутствие, она улыбнулась Дженнифер и прошла к Невиллу. Увидев, что тот осматривает собственную левую руку, равенкловка нахмурилась. Синяк бросался в глаза, он вызвал на лице девушки гримасу злобы.
- Невилл, что случилось?! - в голосе девушки было беспокойство, она присела рядом с Лонгботтомом, внимательно осматривая его руку, но не прикасаясь к ней. - Хочешь я попробую убрать синяк? Я не слишком сильна в колдомедицине, но с этим справлюсь, я уверена. - Эрика заглянула Неву в глаза и мягко улыбнулась, она хотела быть хоть сколько-нибудь полезной.
Гейл очень надеялась, что Алекс тоже появится на собрании. После всего случившегося в Библиотеке, они очень часто виделись, но Эри всё равно до сих пор была немного закрыта, недоверчива и вела себя немного странно по отношению к молодому человеку, будто обиженный ребёнок. Девушка до сих пор считала, что Миллер слишком мил с другими представителями женского пола. Но всё равно она очень хотела его увидеть, обнять, прижаться щекой к щеке.
Невилл был негласным предводителем всей их шайки, потому все взоры были обращены на гриффиндорца. Эри тоже смотрела на него, иногда переводя взгляд на свои собственные руки, сцепленные пальцами.
- Действительно, - хмыкнула Тедди. - Нам следует что-то делать. Меня лично всё это достало. А тебе, Нев, я считаю не следует лезть в самое пекло. Ты постоянно пытаешься померить с Кэрроу силами... - Эрика вздохнула, вновь кинув быстрый взгляд на Лонгботтома. - Но ты не обязан делать это в открытую, тем более, ты не обязан делать это один. - равенкловка быстро пожала здоровую руку гриффиндорца, уверяя его в том, что всецело поддерживает молодого человека, что беспокоится о нём, что она на его стороне и никак иначе. Решив, что сказала слишком много, Эри поджала губы и замолчала, чувствуя смущение, её щёчки слегка порозовели, выдавая все эмоции девушки.

+5

6

Внешний вид

http://sd.uploads.ru/t/xAV6n.jpg

Война изменила всё и всех. В такие времена без этого никак - и, пускай, со стороны всё в Хогвартсе выглядит относительно как всегда: все занятия проводятся, даже злополучное маггловедение, так ненавидимое Пожирателями, которые стали учителями в Школе Чародейства и Волшебства, бывает точно по расписанию; правила остались практически теми же - всего лишь добавилось около сотни подпунктов, ограничивающих деятельность учеников практически во всех сферах их жизни. Запрещалось почти всё - собираться компаниями больше двух человек, перешёптываться в коридорах, гулять после отбоя (который, кстати, сделали раньше, чем было), заниматься музыкой и другими видами творчества. Всё это уже настолько достало членов Отряда Дамблдора, что их тайные встречи стали делом почти что еженедельной практики. И вот, теперь, когда монетка-обманка в кармане Джеймса потеплела, он понял, что пришло время идти в Выручай-Комнату. Особых дел у него не было - домашнее задание уже давно выполнено, а книгу можно взять с собой, - поэтому, быстро собравшись, Карстаирс направился в сторону нужного помещения.
Джем стал членом Отряда Дамблдора ещё на пятом курсе, когда он только был создан. Конечно, в силу некоторых обстоятельств своего характера, он не выделялся на собраниях, хотя на тренировках у него почти всё получалось - только телесного патронуса вызывать он не научился - что-то не получалось, хотя периодически рейвенкловец тренировался, но пока всё было тщетно.
По дороге ему, к счастью, никто не попался. В последнее время встречи Отряда стали проходить в урезанном составе - как минимум, треть обычно отсутствовала - всем вместе собираться было невероятно опасно, ведь Пожиратели могли и инспектировать Гостиные факультетов, и тогда отсутствующим приходилось придумывать убедительные оправдания. Джема пару раз так ловили - он, конечно, говорил, что был в библиотеке, но рано или поздно инспектора перестанут ему верить. Он уже пропустил несколько собраний, а потом ему приходилось узнавать об итогах встреч у своих однокурсников.
Ученики Хогвартса вели борьбу изнутри, как, если бы организм сражался против вируса, захватившего его - понемногу, поначалу незаметно, но прицельно и точно, они били по Пожирателям Смерти, стараясь досаждать им - так, чтобы те сами вылетели из школы, поджав хвосты.
Сам Джеймс хотел принять участие хоть в чём-нибудь, лишь бы принести пользу Отряду Дамблдора.
- Всем доброго вечера, - проронил Карстаирс, тихо входя в Выручай-комнату. Там уже собралось немало учеников Хогвартса всех факультетов, кроме Слизерина - общая беда сплачивала людей.
Негласным лидером у Отряда считался Невилл - с тех времён, когда Джем спасал его от профессора Снейпа прошло немало времени, и гриффиндорец сильно изменился. Он стал намного смелее и мужественней - и, к большому расстройству Джема, - совершенно не жалел себя. На каждую встречу Отряда Дамблдора он приходил весь израненный, с тьмой синяков - и с каждым разом его травмы становились всё серьёзней.
Ребята обсуждали проблемы с новыми "преподавателями". Они касались всех - каждый в этой комнате хоть раз пострадал от их руки, а уж Невилл огребал от них почти каждый день, не стесняясь прилюдно высказывать своё мнение о них. Джем слышал, что его родители-мракоборцы тоже сражались за Орден Феникса, и теперь находятся в Больнице Святого Мунго. Настоящий сын своих родителей, - думал Карстаирс, каждый раз видя, как Лонгботтом кидается грудью на амбразуры.
Сам он знал: им пора действовать, нельзя вечно вырабатывать планы, что-то обсуждать, ничего при этом не предпринимая.
- Ты достаточно сделал, Невилл, - тихо, как обычно, начал Джем, улыбаясь давнему приятелю. - Мы не можем вечно прятаться в выручай-комнате. Теперь наша очередь что-то делать. Только вот, что?

+6

7

Только бы не попасться, только бы не попасться - про себя молилась Морфея, семеня по ступенькам лестницы ведущей а восьмой этаж замка. Попасться кому-нибудь на глаза в запрещенное время, являлось, по сути, сродни преступлению. Разве что в Азкабан за это не сажали. Правда, Морфин лучше бы отправилась на содержание к дементорам, чем на наказание под Круциатосом от Кэрроу, или от каких-нибудь слизеренцев-садистов. По-моему только чудо спасало девушку от таких наказаний. Хоть ей и приходилось пару раз бывать наглядным пособием ущербности грязнокровок на уроке Маггловедения, это не могло сравниться к тем, что делали в подвалах Хогвартса(а то и на уроках) со смельчаками, бросившими вызов новому режиму Хогвартса.
Морфин сама и не заметила, что добралась до восьмого этажа. Где-то здесь должен был быть вход  в Выручай-комнату. Девушка была здесь только один раз со своей подругой Эрикой, которая и показала ей вход в комнату. Но это было так давно, что Морфин смутно помнила, как они туда попали. Вроде бы нужно было подумать о ней, или как-то так.
Черт возьми, ну как ты открываешься? Ну откройся, пожалуйста. Меня же засекут. Ну будь ты человеком, черт подери. - взмолилась девушка. Одернув себя на мысли, что разговор с замком, пусть даже и волшебным, это не лучший признак душевного спокойствия, Морфея принялась ходить взад-вперед перед стеной, где когда-то появилась дверь.
Так, мне надо попасть на собрание ОД. Откройся, откройся, откройся, откройся! - с закрытыми глазами думала про себя пуффендуйка. Послышался скрежет и, распахнув глаза, она увидела дверь.
Ох, неужели, я думала мне тут вечность придется простоять. А если бы меня поймали? - жаловалась двери Морфея. - Ох черт, я опять разговариваю с дверью.
Девушка открыла дверь и вошла в комнату. Здесь уже было несколько человек. Морфин узнала двух семикурсников с Равенкло, Эрику, старшеклассницу-пуффендуйку, с которой они пару раз разговаривали в общей гостинной и грифиндорца Невилла. Она знала всех в этом зале, но никто не знал ее.
Ам, Привет, как дела? Я здесь первый раз, я имею ввиду в первый раз на собрании... - защебетала Морфея. Когда она нервничала, то говорила еще быстрее чем обычно.
Под взглядами учеников, девушка густо залилась краской и поспешила к Эрике.
А, я представить забыла. Морфея Дримвуд или просто Морфин.

Отредактировано Morfeja Dreamwood (26.08.2014 22:42:17)

+4

8

[avatar]http://avatars.imgin.ru/images/26-2CDxbl9J8R.png[/avatar]

внешний вид

http://iv1.lisimg.com/image/1143429/600full-luke-pasqualino.jpg сверху мантия Гриффиндора

Он бежал по коридору со всех ног. Каждый, кто мало-мальски знал Джейми Мюррея считал своим долгом остановиться и удивленным взглядом уставиться на мальчишку, стремительно несущегося вперед. Да, Джейми был тихим и размеренным, редко высовывался наружу и, точно уж, никогда не бегал так, как будто за ним несется стадо гиппогрифов.
То ли дело Джордж. Рыжий привык везде скакать как сидоров козел, появляться внезапно и так же внезапно исчезать с глаз долой. Особенно после очередной проделки. Тут уж хочешь-не хочешь, а научишься быстро бегать. Ведь только так можно спастись от прямого наказания прямо на месте преступления. А еще он часто опаздывал. Например, как сегодня. Поэтому пришпорить коней было сейчас самой лучшей идей. Все-таки Джордж не хотел злить Невилла. В шкуре Джейми он его немного побаивался, честно признаться. Ведь тут, в прошлом, никто не признавал рыжика и не считался с его витиеватыми словами и выражениями. Благо, поначалу он часто отмалчивался на собраниях и сидел в углу. Чем гордился сам с собой. Но, Джордж был бы не Джорджем, если бы не упустил контроль над своим длинным языком. Собственно, чего забегать вперед. Все по-порядку.

Главной темой этого года и целью пребывания нашего рыжего товарища в прошлом была война. На самом деле, Джордж, как никто другой, понимал все, что происходит вокруг и принимал это хладнокровно и сдержанно. Нет смысла оплакивать кого-то во второй раз. Лучше придумать план как можно все изменить...хотя бы большую часть той истории. Поэтому ему было очень сложно сдерживать свои эмоции на собраниях Армии Дамблдора, на которые кстати, он заявился так внезапно месяц назад. Просто сказал, что хочет помочь и устал сидеть в стороне. Никто не задумался в чем причины таких перемен, а может, рыжий просто этого не заметил, а скорее радовался своему первому маленькому успеху. Он считал себя важным, ведь именно он может рассказать то, чего не знают другие, именно его память способна помочь этой кучке школьников одолеть хотя бы в некотором роде тиранию в рядах преподавателей школы. Начинать надо с малого. Пока жизни Фреда ничего не угрожало, можно было заняться бытовыми делами и урезонить семейку Кэрроу, так отчаянно пытавшихся утвердится в глазах Лорда и ублажить все его желания, что красные лучи и непростительные заклинания стали пустяковым делом, а пытки магглорожденных - обычным ритуалом перед завтраком.
Конечно, они мало что могли изменить. Все-таки они всего лишь были детьми...ну ладно, все, кроме старика Джорджа Уизли, сидящего в шкуре семнадцатилетнего юноши. Но в этом и могло быть преимущество их бравого отряда. Джордж обладал уникальными знаниями для своих юных лет. Никто бы не мог подумать, что Джейми Мюррей владеет невербальными заклинаниями и даже может вызывать телесного патронуса (чего, естественно, он никому не продемонстрирует, иначе рискует быть раскрытым незамедлительно). Да никто бы и не предполагал, что этот мальчишка вообще способен ввязаться в драку или напакостить в кабинете Пожирателя смерти. Но...Джордж привык удивлять.

Новое собрание обещало принести грандиозные плоды. Джордж устал сидеть сложа руки, он хотел действовать, хотел уже направить свою бешеную энергию хоть куда-то, и парочка Пожирателей - лучшая для этого мишень. Он влетел в коридор восьмого этажа, где находилась та самая знаменитая в узких кругах Выручай-комната и понесся к кирпичной стене, уже, практически, на последнем дыхании. Резко затормозил перед стеной, чуть не впечатавшись лицом в ее шершавое покрытие и уперся руками в колени, приводя дыхание в норму. Заходить на собрание запыханным - это верх неприличия...равно, как и опаздывать. Что он, признаться честно, уже сделать. Ну, тут придется всем поверить его чудесной истории про заклинивший внезапно портрет. Поравил одежду и мантию, пару раз откашлялся, все еще дыша тяжелее обычного и принялся расхаживать вдоль стены, думая о штаб-квартире Армии Дамблдора.
Сейчас было не до шуточек. Дело пропиталось серьезностью и если б Джордж вошел в комнату в своем нормальном обличии, даже тогда его бы не узнали. Слишком все привыкли видеть улыбки на лицах близнецов. Даже в самый страшный военный период. Так или иначе, его умственная сосредоточенность увенчалась успехом, и перед темноволосым гриффиндорцем предстала массивная дверь, так легко поддавшаяся простому толчку левой руки.

Собрание, по-видимому, уже началось и Невилл стоял в центре комнаты, окруженный остальными ребятами. Обычно главарем их маленькой банды был Гарри Поттер, но за неимением того в пределах Хогвартса, всю ответственность на себя взял Невилл, который довольно изменился за последние годы. Серьезный, задумчивый и решительный. Настоящий лидер. Джейми появился внезапно, отпуская тяжелую дверь и вздрогнув от ее резкого баханья. Да, а он планировал появиться незаметно. Виноватая улыбка отразилась на лице Мюррея
- Простите за опоздание.
Решив пока не нарываться на большее неодобрение, парень по стеночке начал продвигаться вглубь комнаты, прислушиваясь к словам высказывающегося Джеймся Карстаирса - милого мальчика с рейвенкло. Они когда-то познакомились с Джорджем при весьма невеселых обстоятельствах, но рыжик всегда считал Джема хорошим другом. Его вопрос, адресованный в никуда, повис в воздухе и Джордж слишком поздно подумал о том, что стоило бы повесить замок на свой рот.
- Нужно идти напролом. Мы можем устроить западню хотя бы Кэрроу. Ну а потом уже сунуться в логово к самому Снейпу.  - он говорил это обычным повседневным тоном, словно обсуждал погоду за окном или новости светской хроники, а не проникновение, разброд и шатание в комнатах Алекто и Амикуса. Что поделать, Джордж давно перестал придавать большое значение подобным проделкам. И пусть раньше шалость влекла за собой лишь веселье, но шалость ради уничтожения - тоже сладкий фрукт.

Отредактировано George Weasley (30.08.2014 21:16:12)

+5

9

Свернутый текст

Луна сказала, что не может писать, так что я.

К назначенному времени начал подтягиваться народ. Приходили все в основном по одному, что и не удивительно – большие скопления людей находились сейчас на грани запрета и расценивались правящей верхушкой как революция. Знали бы они о собраниях в Выручай-комнате…
Невилл поднял глаза, наблюдая за тем, как комната наполняется новыми людьми, и улыбнулся, светло, почти радостно. Как всем известно, друзья познаются в беде. Большинство этих людей в нынешней беде стали для него практически семьей, которой у Невилла толком никогда и не было. Конечно, была бабушка, но ее он боялся до потери пульса еще два года назад. Был дядюшка Энджи, но тот и вовсе регулярно пытался прикончить его в детстве, надеясь, что племянник наконец-то проявит свои способности… У гриффиндорца не было главного – любящих родителей, с которыми он бы впервые прикоснулся к волшебной палочке в лавке господина Оливандера, которые бы отвезли его на вокзал Кинг-Кросс в первые в жизни, которым бы он писал короткие (и не очень) письма каждое воскресенье: «Привет, мам, у меня всё хорошо. Получил с прошлым письмом сладости и новую напоминалку, передавай привет папе, бабушке и Энджи.»
А впрочем – к чему жалеть о том, что не может сбыться? Глупо думать о том, что прошло, это лишь заставляет нас становиться слабыми и сентиментальными, а на войне слабость может стать непростительной ошибкой. Теперь нужно думать о тех, кого нужно спасти, кому еще можно помочь. Гриффиндорец обвел взглядом комнату. Невиллу становилось почти физически больно при мысли, что со всеми этими ребятами может приключиться беда. Пожалуй, он бы не задумываясь умер, только бы предотвратить это.
- Все в порядке, Дженни, мы еще подождём остальных. Сама понимаешь, каждый может задержаться, – кивнул подошедшей Дженнифер юноша, едва заметно улыбаясь краешком губ. В руках у нее Невилл мельком заметил учебник по травологии, что лишь усилило слегка мечтательное выражение на его лице. - Позаниматься решила? – с легким оттенком иронии поинтересовался он, прекрасно понимая, что это лишь прикрытие, чтобы попасть на собрание.
Однако, на разговоры времени не было. Почти сразу одновременно в комнату вошли Кэрол и Эрика. Невилл так же поприветствовал их. Приятно было сознавать, что ОД являлся не только маленьким островком сопротивления в этом замке, но и объединял студентов с разных факультетов и курсов. Как бы не старались их разделить, распределяя на разные факультеты, все равно перед лицом общей опасности ребята объединялись, понимая, что в одиночку теперь не выжить. Невилл невольно подумал о том, что еще совсем недавно, до создания Отряда, он и понятия не имел обо всех этих людях, а теперь он может многих из них смело назвать своими друзьями.
- Привет-привет, скоро начнем, еще… – он сверился с часами, - буквально пять минут и начинаем, долго засиживаться тоже опасно, поэтому предлагаю предельно сконцентрироваться, – Невилл все чаще замечал, что в нем как будто живут два человека. Один из них – скромный Невилл, который боится свою бабушку, немного – Снейпа, а еще разговаривать с девчонками. И второй – Невилл-лидер, для которого не составляет проблемы разработать план нападения, пойти против всех Пожирателей разом и ответить за каждое смело сказанное слово. Сейчас в силу вступил Невилл под номером два. Трепещите, враги!
- А, пустяки, – с деланно-безразличным видом пробормотал Невилл на вопрос Тэдди, с одной стороны сетуя на себя за то, что не успел скрыть рану, а с другой, скрыто радуясь такой искренней заботе со стороны девушки. - Через пару дней само заживет, Гермиона научила меня готовить отличную мазь от синяков в свое время, – мягко улыбнулся юноша, показывая Эрике, что волноваться не из-за чего.
Он знал, многие считали, что он чересчур много подставляется под удары пожирателей, не желая лишний раз отмолчаться в уголке. Но разве можно промолчать, когда на твоих глазах мучают твоих однокурсников или заставляют тебя заниматься тем же самым? Как можно подчиниться деспотичным злодеям, молча проглатывая оскорбления и проклятия? Конечно, его смелые слова тоже не приносят много пользы, но Невилл хотя бы показывает то, что есть люди, которые не сдались, которые верят в победу Хогвартса, и, может быть, тогда скоро их станет еще больше.
- Собственно, мы за тем и собрались здесь, чтобы решить, что нам следует делать дальше, – согласился Невилл, - а насчет «подставляться»… Кого-то же им все равно придется бить, так пусть уж лучше это буду я, чем ты или кто-то другой, верно? – спокойно произнес Невилл, здороваясь с только что подошедшим Джеймсом Карстаисом. Их знакомство произошло при довольно странных обстоятельствах – на уроке зельеварения, на котором Невилл в который раз накосячил, но, чуть ли не впервые, не понес наказание. С тех пор гриффиндорец с большим уважением относился к Джеймсу и даже изредка задумывался, почему шляпа не распределила их на один факультет? Гриффиндор, разумеется.
- Ну, раз практически все уже собрались, можно начать обсуждение волнующего всех нас вопроса, – заметил Невилл на вопрос Джеймса, лишь едва заметно покачав головой на его первые слова. - Пожиратели всё больше распоясываются, я думаю, настало время нанести ответный удар. Вчера я своими глазами видел, как Кэрроу заставил одного из старшекурсников тренировать Круцио на первокурснике Хаффлпаффа ради своего развлечения, – мрачно произнес гриффиндорец, вспоминая, что, не успев толком стать свидетелем этого события, он довольно быстро превратился в непосредственного участника. Еще легко отделался, честно сказать.
- А теперь… – слова Невилла были прерваны появлением еще одной девушки с Хаффлпаффа. - Привет, Морфея, проходи, мы только-только начали, – кивнул девушке Невилл. Он немного знал ее, ровно настолько, чтобы почти без подозрений допустить к собранию в Выручай-комнате. Все-таки в такое непростое время надо держать ухо востро. Тут даже у пяток есть уши, как говорил дядюшка Энджи.
Почти сразу в комнате появился Джейми Мюррей. Вот этот парень вызывал у Невилла совершенно серьезные опасения. Нет, он не был замечен в отношениях с кем бы то ни было из их прямых врагов, открыто не поддерживал Пожирателей и ничем откровенно ужасным не занимался. Однако Невиллу казалось подозрительным то, как быстро этот парень пронюхал про ОД, даром что сам Лонгботтом как-то раньше этого парня не замечал. И все бы ничего, но этот Мюррей уж слишком активно вел себя для новичка.
Выслушав его предложение, Невилл неосознанно нахмурился, внимательно глядя на паренька. С одной стороны, он и сам хотел предложить нечто в этом роде, а с другой – это могло оказаться ловушкой, разве нет? Такое смелое предложение, высказанное столь спокойным тоном, выглядело довольно подозрительно.
- У тебя есть какие-то определенные предложения по поводу того, как это устроить? – с трудом пытаясь скрыть неодобрение в голосе, поинтересовался Невилл, продолжая сверлить Мюррея взглядом. Заманить Кэрроу в ловушку было довольно проблематично, не говоря уже о Снейпе. Если вдуматься, для ребят это было бы чистым самоубийством. Но зачем ждать, пока тебя доконают злодеи? Лучше броситься им навстречу и попортить им немного крови, или много, если повезет, пока не наступит конец.

+6

10

Ожидание, и без того немыслимо невыносимое, наполнялось страданиями как песня наполнялась трагическими нотками виолончели, заставляющей сердце сжиматься. Слой за слоем, вспышка за вспышкой, пока невозможно было продолжать терпеть. Герда не могла больше видеть синяков, расползающихся по нежной коже её друзей уродливыми филетовыми пятнами, не могла больше выносить того отвратительного чувства, сжимающего грудь до такой степени, что она не могла вздохнуть. И никто больше так жить больше не мог. Постоянный террор, отчаяние и страх отражались в их стеклянных глазах, неизбежно меняя судьбу. Они никогда не станут прежними - ни один из них никогда не сможет полноценно вернуться к старой жизни после всех тех ужасов, что им всем пришлось пережить вместе под этими стенами, слушая одни и те же крики, переписываясь друг с другом посредством тайных записок, прижимая руки к сердцу, надеясь достучаться до небес, таких холодных и непроницаемых, как цепи их карцера. Она увядала подобно срезанной чьей-то безжалостной рукой лилии, брошенной на пол, ибо никог=му не было дела даже до того, чтобы донести её до вазы с водой.

Гриффиндорка переставала замечать вокруг себя вещи, боялась поднять взгляд на кого-либо, предпочитая буравить серый пол. Она вошла в выручай-комнату уже после начала, практически ничего не слыша уже вокруг себя. Она всегда отличалась пунктуальностью, так сильно боялась опасностью, а сйечас не могла заставить себя даже извиниться, словно бы реальность сшивала бледные и потрескавшиеся от холода губы неровным швом. Она не стала окидывать взглядом комнату, проскользнув внутрь неуверенной и угловатой тенью, что куталась в тонкой потёртой мантии. Она знала, что увидит - она увидит синяки и ссадины, а также неусмиримый огонь, который заставлял этих невероятных учеников испытывать свою храбрость снова и снова. Они все так хотели сражаться, и при этом так боялись умирать. Неужели никто и них не понимал, что их жизнь могла оборваться в одно лишь мгновение, по мановению волшебной палочки тех, кому было безразлично это понимать. Она слушала разговор, но не уверена была, что хотела бы слышать хоть часть из этих слов. Тошнота осторожно подбиралась к горлу, пока Уэйн глотала сухой комок. Она должна была это остановить.

- Пожалуйста, не надо, - голос, скорее похожий на приглушённый писк, послушался от того угла, в котором стояла девушка с потускневшими волосами, в которых едва либо можно было узнать ту золотую рыжину, с которой она была рождена. - Вы ничего не измените своей ловушкой для Кэрроу. Он выберется оттуда через 15 минут максимум при помощи своей сестры и остальных преподавателей Хогвартса, и потом выместит свою злость на младшекурсниках. Будет ли это тогда стоить вашего короткого триумфа? - Все находящиеся здесь то взлетали на восхитительных крыльях собственной решительности и веры чуть ли не до небес, затмевая собой даже самые яркие лучи солнца. А потом они падали вниз, и из крылья горели в огне реальности, безжалостной и жестокой, бужто бы спущенной с палочки самого жестокого Пожирателя Смерти. И все без исключения ломают кости, истекают кровью и покрываются синяками, словно бы это было совершенно нормальным. Но нет, это не было нормальным. Их всех рано или поздно уничтожат и растопчут, но стоило ли сомневаться в том, что хоть кто-то здесь не будет к этому готов? Она помнила те решительные глаза тех людей, что отправились на спасение Софи, что предала их быстро и легко, словно просто щёлкнув пальцами. Она помнила, как они шли помогать Джинни в спасении Тонкс. Но разве стоило делать предложенное?

Она стеснялась своего голоса, звучащего так несуразно. Она смущалась своего высокого роста, что не позволял ей спрятаться от глаз, и с неверояным грузом заставляла себя сделать несколько тихих шагом ближе к центру, заставляя себя снова оказаться на арене, и зажигая прожекторы. Страх говорить был неотделим от Герды, но она не могла позволить себе поддаться этому страху. Во всех сердцах рано или поздно зарождается тьма. Каждый человек раскрывается со временем, оголяя пред чужими глазами свои вмятины да изгибы. И как же высоко взлетают эти люди - и как же быстро они затем сокрущаются на землю комом перьев и костей.

- Если мы и хотим что-то сделать, то это должно быть то, ради чего мы готовы будем пожертвовать жизнью. - Сообщила она побелевшими губами - она не помнила, когда последний раз в них появлялась краска, когда она могла ходить по коридорам не взграгивая, когда она могла улыбаться и смеяться вместе с друзьями. Когда она успела так упасть духом, что не узнавала теперь и себя? Когда она успела настолько принять своё положение, что стала произносить подобные вещи? - Нам нужно перестать кормить себя мелкими пакостями и гладить потом по груди за то, что мы что-то сделали. Какой толк от ваших синяков, если мы так ничего и не сможем сделать? - Она осеклась, пытаясь собраться с мыслями. Она видела Невилла, что заставил себя стать лидером, Джинни, страх за которой следовал по следам, Джейми Мюррея, которому досталось лишь за то, что он просто хотел помочь, Джейми Карстейрса, которого невозможно было узнать, Морфею, которой хватило храбрости присоединиться к ним тогда, когда это было опаснее всего, Дженнифер, которая не могла принять ту невероятную частичку, что была так замечательна, но причиняла столько боли, Эрику, которая только начала осознавать собственную силу. Столько людей, столько лиц. И все их глаза мерцали от слёз. И все их губы были сухи. - Давайте сделаем что-нибудь такое, что действительно изменит положение вещей. Давайте дружно толкнём этот мир к той точке, в которой мы хотим его видеть.

+4

11

внешний вид:

http://www.starer.ru/images/zooey-deschanel/marie-claire-magazine-september-2013-tesh-photoshoot/2.jpg

Задыхаясь, Грейс бежала по коридору, куда глаза глядят, но от  набежавших слез путь был не слишком-то виден. Она все время спотыкалась, упираясь в стену ладонью, чтобы не упасть, и утирая левой рукой соленую влагу с щек, но не  останавливалась, снова заставляя себя заворачивать за новый поворот. Её мысли также не могли найти правильной дороги, сбиваясь и толкая друг друга. Что, если кто-то встретит меня в таком виде? Я должна подавать пример. .. Должна быть сильной.  Ради детей, пусть даже у меня никогда не будет своих... Ради Лесли, - всё чаще и чаще она задумывалась о том, как спасти племянника из этого ада.
Женщина в очередной раз попала носком туфли в щербинку между плитами пола, и с трудом удержала равновесие. Дав себе передышку, спиной она прижалась к каменной кладке в поисках поддержки. От учеников миссис Каннингем слышала о том, что душа замка обезумела и стала уничтожать обитателей, но в эту дикость не верилось.  Хогвартс - весь, от слизеринских подземелий до флага на верхушке Астрономической Башни, - был Домом, что давал приют всем, кто в нем нуждался. Самой Грейс повезло с родителями, но она знала и тех, для кого школа становилась единственным спасением от проблем в семье. "Почему же сейчас ты допускаешь зверства Алекто, безумства Беллатрикс, извращения Амикуса? - обратилась Грейс к замку, - помоги нам. Сделай что-нибудь! Пусть они поймут, что здесь - не темница, и тут не место палачам ".
Вздрагивая от  рыданий, Грейс не сразу заметила, как стена за ней расступилась, превращаясь в огромные врата, которые открылись под её же весом. Взмахнув руками в воздухе, равенкловка провалилась в помещение за вратами, наблюдая, как те исчезают. Обернувшись, преподаватель музыки магглов, - упраздненного теперь предмета,  - увидела студентов, кругом рассевшихся на подушках, в тени подвешенных под потолком гамаков. Ей стало неловко: обстановка напоминала атмосферу домика на дереве, куда чужакам путь заказан. Однако же я попала сюда по какой-то причине? Грейс вспомнила свои жалобы, обращенные к замку. Неужели он услышал меня?
Остановившись поодаль, Грейс попыталась  привести себя в божеский вид, но вместе с грязными потеками на пальцах осталась кровь, - сегодня Кэрроу разошлась не на шутку и на  скуле осталась царапина.
- Привет! - миссис Каннингем помахала рукой, увидев среди  присутствующих несколько маглорожденных, как и она, и наскребая остатки оптимизма, - в школе нынче несладко, верно? Хорошо, что есть такие места, как это, где можно укрыться.

Отредактировано Grace Cunningham (25.09.2014 19:59:00)

+3

12

Внешний вид

http://www.listal.com/viewimage/6185869
+ мантия сверху, волосы - розовые

Квинн не торопясь шла по коридорам. В голове звенела какая-то идиотская песенка, которую девушка никак не могла прогнать. Она не думала, что опаздывает, не думала, что Армия так быстро разбежится. Ведь Квинн ещё помнила, как долго все могут спорить друг с другом. О собрании ей рассказал Невилл, ведь, в конце концов, девушка не так и давно покинула своих единомышленников. Точнее, она их не покинула, она просто перешла на новый уровень, если так можно выразиться. Она присоединилась к Ордену Феникса, а это куда круче простого Отряда Дамблдора. Но Пирс ни в коем случае не сомневалась в том, что и ученики могут помочь общему делу. Она как раз не была за то, чтобы отсиживаться по углам, пряча свои милые попки.
Оказавшись в одном из пустых коридоров, а таковых сейчас в Хогвартсе было не мало, учитывая, что никому не хотелось попадаться на глаза Пожирателям и провоцировать их, Квинн внимательно посмотрела на каменную стену. Ну-с, как это там? Мне нужно место, где можно спрятаться. Ах, и да! Я с отрядом Дамбдлора! - ну мало ли, может такая формулировка сработает лучше, посчитала Квинн, продолжая буравить стену взглядом. Очертания двери выждали ещё пару секунд, словно замку было приятно помучить Пирс, а потом стали поспешно проявляться.
- Так-то лучше, - аспирантка расплылась в улыбке, толкнула двери и прошла в Выручайку как к себе домой. Она обвела окружающих взглядом, намереваясь увидеть Эвелин, но той тут не было. Конечно, сама Пирс не смогла сообщить подруге о собрании, поскольку риск перехвата совы был высок, а личной встречи не вышло, но она надеялась, что кто-то другой сообщить Рейнсворт.
Ладно, она узнает всё из первых уст. Квинн мысленно ухмыльнулась, уже предчувствуя, что Эви будет отчитывать её за то, что подруга не велит всем сидеть смирно по комнаткам, а сама готова вести их в бой.
Квинн лишь услышала последние слова, которые произнесла Герда. На лице практикантки тут же скользнула почти змеиная ухмылка.
- Всем добра, - Квинн прошла вглубь комнаты, полностью невозмутимая, этакая амазонка, всегда готовая к нападению или защите, уж как выйдет. - И да, мне нравятся слова истинной гриффиндорки, - Квинн достаточно сдержанно кивнула Уэйн. - Но думаю, вам в любом случае потребуется помощь. Например, моя. - кажется, Пирс веселилась от души, но на самом деле она совершенно чётко осознавала всю серьёзность проблемы. Она не хотела, чтобы её друзья, её младшие товарищи, её знакомые, жертвовали собой, кидались в бой, не думая, но Квинн знала, что если никто ничего не сделает, то всё очень скоро покатиться к чертям. И она была готова быть одной из первых, кто хоть что-то сделает для Хогвартса.
От двери послышался довольно тихий голос. Квинн повернула голову в сторону говорящей и увидела, к некоторому удивлению, хотя и очень маленькому, Грейс Каннингем. Они были знакомы не только по школе, но и по Ордену. После "привета" Грейс, губы Квинн сложились в букве "О", но потом девушка вновь улыбнулась.
- Да уж, а мы тут плюшками балуемся, - хмыкнула Пирс. - Проходите, присаживайтесь, если вас не смущает такое количество народу. - аспирантка зазывает Каннингем словно к себе домой на чашку чая. Она вновь оглядывает учеников, понимая, что вряд ли кто-то из них захочет прогнать Грейс. В конце концов, и она может оказаться очень полезной в общем деле. Чем больше народу, тем больше шансов на успех, разве не так?
Тем более, Квинн отметила, что Грейс чуточку старше всех присутствующих, значит, у неё довольно много опыта.
Я надеюсь...
- Итак, - Пирс присаживается на подлокотник одного из кресел, её взгляд блуждает от ученика к ученику. - Каким каждый из вас видит то, что изменит этот мир? Толкнёт его? - практикантка мимолётно улыбнулась Герде. - У вас же тут любое мнение в почёте? Так давайте - высказывайте мысли, идеи... - возможно, говорить так было опрометчиво, ведь сейчас все ученики могли бы прийти в действие и тогда поднимется галдёж, а Квинн очень не любила шум. Может они всё-таки будут достаточно логичны и конструктивны? Все же взрослые люди. - правда, Пирс всё равно отметила, что здесь присутствуют не только семикурсники и шестикурсники, но и более младшие курсы. Это её не слишком устраивало, поскольку жертвовать совсем молодыми, почти детьми, Квинн не считала себя в праве.

Отредактировано Quinn Pierce (28.09.2014 18:36:46)

+2

13

[avatar]http://avatars.imgin.ru/images/26-2CDxbl9J8R.png[/avatar]
Крики разрывают душу.
Они проникают в сознание порывистым ветром, неся за собой желание заткнуть уши и зажмурить глаза. Хочется остановиться, досчитать до тысячи и только тогда снова решиться вернуться. Кажется, что страх проникает внутрь, заполняя каждую клеточку тела, покоряя своей воле и управляя сознанием.
Они всего лишь дети. Даже последний выпускной курс не означает, что можно рисковать жизнью и бросаться в поток событий. Но они слишком рано повзрослели.
Оглядываясь вокруг, рассматривая каждое лицо присутствующих в этой небольшой комнатке можно тысячу и один раз проклясть войну, пожирателей, повернутого фанатика, за которым слепо следует большинство и верит в его победу. Что уж там говорить...даже в Ордене Феникса есть свои фанатики. И за ними также следуют...кажется, что с иной целью, но на деле нет. Они также легко ломают судьбы, ставят на молодые юношеские жизни, обременяя их на подобные пытки и страдания. Дети не должны прятаться, не должны тайком убегать из гостиных своих факультетов, боясь попасться на глаза кому не надо. Их тела не должны быть покрыты синяками и ссадинами и, уж точно, они не должны лежать в больничном крыле с переломами и в бессознательном состоянии после обычных занятий. Это слишком жестокая война, которая затронула детские души настолько, что хотелось идти напролом и уничтожать.

Джордж пребывал в критическом состоянии, оказавшись в самой середине того, что он раньше мог представить только по слухам и рассказам. На деле все оказалось страшнее. Вот перед ним стоит Невилл...его судьба итак потрепала, жизнь без родителей...осознание того, что они, возможно, уже никогда не придут в себя и никогда у него не будет нормальной семьи в среднестатистическом ее понимании. И сейчас сложно назвать его ребенком..нет..это мужчина. Серьезный, расчетливый, решительный...идеальный кандидат на звание лидера. Вообще все очень отличается от того, что было во времена Амбридж. Тогда все казалось далеким и невозможным..а сейчас. Сейчас Пожиратели без зазрения совести пытают учеников, подвергают их самым ужасным проклятиям и им все сходит с рук. Джордж с такой силой сжал правый кулак, что готов был прям так пойти и голыми руками начистить физиономию приспешникам Лорда. Или слизеринцам. Это как повезет. В любом случае, он не желала оставаться в стороне. Пришло время высказывать свою точку зрения..порой было так легко забыть, что ты сейчас Джейми Мюррей. В один миг он поднялся на ноги, с вызовом глядя в глаза Невиллу. Он сейчас больше всего желал, чтобы кто-нибудь увидел его истинное лицо..и обрадовался тому, что кто-то, близкий к событиям извне, может поддержать и подсказать..Но все видели в нем лишь мальчишку..внезапно заимевшего свою точку зрения. Недоверие в голосе Невилла обжигало изнутри, Джордж долгим пристальным взглядом оценил соратника по факультету, но сдержал свой накативший порыв быть раскрытым ежесекундно. Эмоции в душе кипели, но голос оставался четким и решительным - Мы можем все изменить. Ночью можно пробраться к ним, например во время дежурства.... - Он едва начал озвучивать свой план по проникновению в покои Кэрроу, как голос подала мила девчушка с Гриффиндора. Герда Вейн. Джордж всегда питал какие-то нежно-братские чувства к этой девочке, но ее слова. Признаться честно, она была права. Права на все сто процентов. Кажется, Джордж Уизли увлекся игрой в школьника и забыл, что они на самом деле подвергают себя опасности. Да что тут говорить - он лично собрался подвергнуть опасности этих детей...он, будучи внутри здоровым дядькой, хотел поиграть с пожирателями в компании храбрых Гриффиндорцев. Молли бы его за такое по головке не погладила. Кэрроу бы все равно все узнали...и наказали бы всех гриффиндорцев разом. Им не нужно ходить и разбираться кто виноват. Обычно страдают все. Джордж осекся на полуслове и уставился на девочку, которая оказалась в сотни раз мудрее его.  Когда-нибудь он скажет ей спасибо, за то. что сохранила его совесть...хотя бы она не пострадает в этой войне.
- Я готов предложить свою кандидатуру для любых действий. Можно вывести их из строя на пару секунд, в потом добить контрольным. В любом случае нам придется встретиться с ними лицом к лицу. Иначе нам не вывести эту заразу из стен нашего родного дома. Я предлагаю засаду. Заблокировать возможные пути к отступлению. Могу организовать пару потопов на этажах... - Довольно противоречиво тому, о чем он только что подумал. Но Джордж просто напросто знал...они не отступятся, если он скажет всем сидеть тихо и ждать..конечно, его никто не послушает. Он ведь просто такой же ученик, как и все они. Дверь открылась и закрылась несколько раз, заставив учеников повернуть головы в сторону источника шума. Джордж практически удивился новоприбывшим дамам. Он явно не ожидал увидеть среди кучки учеников молодых представителей преподавательского состава Хогвартса. Кажется, ему стоит пересмотреть свои узкие понятия...но тут..чем больше, тем лучше. Мельком взглянув на девушек, Джорджи отметил про себя, что Квин ему даже знакома по делам Ордена. Что ж, приятно знать, что учеников охраняют и берегут знающие люди. А вот на вторую девушку было страшно смотреть. Кажется, гнев Кэрроу распространяется не только на беззащитных детей. Это уже открытая тирания и насилие. Это должно караться. Уизли продолжал рассматривать темноволосую девушку, отмечая про себя потеки макияжа от слез и кровавые следы и царапины на лице.
Злость поднялась большим огненным драконом внутри, сметая все милое и беззаботное, что еще оставалось в его покалеченной душе. Ведомый лишь этими кипящими ощущениями, Джордж метнулся к преподавательнице и протянул ей платок, который странным образом материализовался в руке. Наверное, это все магия комнаты, чьи стены готовы были хранить секреты и тайны различных поколений, проходящих через ее огромные двери.
Рассчитывать только на себя. Пришло время действий. И если понадобится, он будет стоять до конца, защищая детские души, желающие обрести свободу от жестокой воли тирана. Они хотели видеть мир свободным...вот в чем таился главный ответ на застывший в комнате вопрос.

Отредактировано George Weasley (04.10.2014 23:25:48)

+5

14

Эрика чувствовала себя несколько скованно, поскольку народу в помещении с каждой секундой становилось всё больше. Гейл, конечно, была не против больших компаний, но только тогда, когда это вечеринка или концерт, а так такое количество людей слегка напрягало. Тем более, не все тут были её друзья. Соратники, знакомые - это да, но друзья - не все. Эри хоть и находила общий язык почти со всеми, но самых-самых были единицы.
Тут одна из единиц появилась, чем очень удивила Тедди. Морфея не числилась в отряде Дамблдора, но, видимо, и ей пришлось сделать свой выбор. Эрика улыбнулась подруге, похлопала по сидению рядом с собой и ободряюще приобняла девушку, когда та оказалась рядом. Теперь Теодора чувствовала себя гораздо спокойнее, даже увереннее в себе. Эри часто чувствовала себя странно, анализируя саму себя. Вот, например, рядом нет близких и она сразу сникает вся, становится пугливой ланью, взирающей на мир своими огромными глазищами. А потом появляется кто-то, о ком Эрике хотелось бы заботиться, чувствовать свою нужность и тут же девушка собирается, внутри неё нарастает сила, она чувствует себя способной на всё. Так бывало рядом с лучшими друзьями, но особенно это стало проявляться, когда появился Алекс. Перед ним Тедди не хотелось выглядеть маленькой, глупенькой, испуганной зайкой. Перед ним хотелось быть храброй, неотступной, сильной. Иногда она думала, что рядом с ним она не бывает самой собой, что очень плохо, ведь это словно враньё. Но потом приходили мысли, что может она просто становится лучше, оставаясь самой собой? Когда у них случалось что-то плохое, когда они были расстроены или чувствовали себя сломленными, они просто поддерживали друг друга, словно чинили словами или молчанием. Эрика ценила всё это в своём молодом человеке, в своих самых лучших друзьях, она бережно хранила такие моменты в своей памяти, выуживая их, когда становилось совсем невыносимо.
Наконец, слово взял Невилл, именно как лидер. Он обозначил, так сказать, начало собрания. Эрика просто слушала, не подавая голоса, поскольку пока она и не придумала, что именно ей бы хотелось сказать. Равенкловка отметила напряжение между Невом и Джейми. Последний буквально приковал к себе взгляды окружающих и Тедди тоже решила приглядеться к нему получше. На самом деле, Гейл не увидила в пареньке ничего странного, парень как парень. Да, в этом году он стал чуть активнее чем был, по крайней мере, как все говорят, но и что тут такого? Война и просто определённая обстановка в Хогвартсе на всех оказывают своё собственное влияние, потому может молодой человек для себя решил вести новую линию поведения.
К общению подключилась Герда, заставив Тео обратить взгляд на неё. Эрика слушала и прокручивала слова гриффиндорки у себя в голове. Но последние слова Уэйн заставили Гейл содрогнуться. Равенкловка на секунду даже зажмурилась до боли в веках. Она понимала, что Герда говорит всё правильно, всё по делу, но Эри очень хотелось крикнуть: "Нет! Нам не нужно всего этого! Это всё лишь усугубит!" Или нет? Ведь хуже уже некуда. - Эрика всмотрелась в глаза гриффиндорки, отмечая в них огромную уверенность в своих словах, отмечая решительность Уэйн. Я тоже должна быть сильной. Я тоже должна чувствовать потребность в справедливости, иначе, что я здесь делаю? Я должна стремиться оправдывать надежды. Я должна подходить этим людям, я должна подходить Алексу...
Мысли вертелись и крутились, буквально уводя Эрику в дебри собственной души. Она будто уже и не находилась в Выручай-комнате, а была где-то далеко, раздумывая о том, какой ей действительно хочется быть, какой она может быть.
Двери Выручайки распахнулись и внутри оказалась розоволосая аспирантка по магическому искусству. Она вела себя так непринуждённо, что Эри невольно восхитилась, хотя обычно девушке не нравилось такое наглое поведение. Квинн Пирс всегда была какой-то далёкой для Гейл, они никогда толком не общались, потому равенкловка очень плохо знала практикантку. Поведение Пирс казалось Гейл ещё более странным, чем внешность девушки. Вместо того, чтобы отчитывать и настаивать на том, чтобы ученики не лезли на рожон, Квинн словно революцию в Хогвартсе собиралась устроить. Эрика не знала точно, состоит ли практикантка в Отряде или в Ордене, но она тут была, кажется, самой старшей.
А потом возле двери появился призрак, который тоже привлёк внимание всех собравшихся. Эрика уставилась на миссис Каннингем с открытым ртом. Выглядела женщина устало, щёки казались впавшими, под глазами залегли тени, а вся кожа казалась очень бледной. И общий образ дополняли остатки потёкшей туши. Может это просто свет так падает? Было очевидно, что тётушка Лесли попала сюда случайным образом. Но ведь это невозможно, школа сама контролирует кого впустить. Хогвартс явно хочет добавить нам сил. И вот теперь Грейс была самой старшей и самой опытной в комнате, потому Тедди затаив дыхание слушала, что же скажет им женщина.

+3

15

В помещении становилось всё больше и больше народу - люди прибывали, и галдёж, соответственно, становился громче. Даже немаленькая Выручай-комната, которая была способна подстраиваться под нужды и желания тех, кому это действительно было необходимо, сейчас, казалось, переполнится и взорвётся как воздушный шарик под давлением слишком большого количества воздуха.
Большинство людей в Выручай-комнате Джем не знал - они были с самых разнообразных факультетов, а, учитывая необщительность и стеснительность Джема, первым он не знакомился никогда. В такой толпе Карстаирс чувствовал себя очень и очень неуютно, и постепенно его даже начали посещать мысли о том, чтобы незаметно свинтить с собрания Отряда Дамблдора. Но поздно - его уже заметил Невилл, которого Джем очень уважал как человека и ценил как друга, поэтому уходить прямо сейчас было бы по меньшей мере некрасиво. Да и Невилл наверняка ждал, чтобы Джем высказал своё мнение по поводу высказанных на собрании идей.
- Нужно идти напролом. Мы можем устроить западню хотя бы Кэрроу. Ну а потом уже сунуться в логово к самому Снейпу, - заявил Джейми Мюррей, после чего на него тут же бросили недоумённые взгляды несколько человек. Серьёзно? Как можно предлагать что-то подобное сейчас? Да, Джем сказал, что они должны предпринимать какие-то активные действия, но не настолько же активные... Подобные идеи казались чересчур радикальными, а, если кто-нибудь осмелится воплощать их в жизнь - целыми и здоровыми они уж точно не уйдут. Кэрроу ещё можно было обмануть - особенными умом и сообразительностью эти близнецы не отличались, значит, можно было бы попробовать сыграть с ними хитроумную, тщательно продуманную шутку. А вот попробовать проделать что-то подобное со Снейпом... Нужно быть либо отчаянным смельчаком, либо настоящим глупцом (а, вполне возможно, - и всё сразу), чтобы просто подумать о подшучивании над профессором, особенно сейчас, когда он обладал неограниченной властью над учениками и преподавателями.
Джем не отличался трусостью, зато он был достаточно разумен, чтобы не бросаться сразу в гущу событий. Он лучше триста раз подумает, поразмыслит над всеми возможными вариантами развития событий, чем погорячится, а потом будет "зализывать раны".
- Я готов предложить свою кандидатуру для любых действий. Можно вывести их из строя на пару секунд, в потом добить контрольным. В любом случае нам придется встретиться с ними лицом к лицу. Иначе нам не вывести эту заразу из стен нашего родного дома. Я предлагаю засаду. Заблокировать возможные пути к отступлению. Могу организовать пару потопов на этажах... - продолжал Джейми. Карстаирс в ответ вздохнул.
- А тебе не кажется, что ты слишком рано начинаешь думать о столь радикальных действиях? Мне думается, что нам следует начать с разминки, прелюдии, так сказать. Не стоит сразу бросаться в омут - нужно сначала прощупать почву, понять, чем мы рискуем. Мы можем так потерять слишком многое и не обрести ровным счётном ничего, - Джем надеялся, что его доводы произведут хоть какое-то действие на Джейми, а, ещё лучше - на Невилла. Тот считался негласно лидером их отряда и мог воздействовать на остальных. Однако напряжение в комнате возрастало, а участники "переговоров" распалялись всё сильней и сильней...

+3

16

Внешний вид

http://cdn9.lbstatic.nu/files/looks/medium/2013/03/06/2885344_spr_%D1%8E%D0%B1%D0%BA%D0%BE%D1%8060.jpg?1362563635 - вместо сапог черные кеды, без очков и сумки; поверх черная школьная мантия

В замке стояла мертвая тишина. С недавнего времени именно слово "мертвая" подходит больше всего. Хогвартс, который раньше был наполнен звонким смехом студентов, теперь содержит себе крики и стоны боли. Если сегодня стоит тишина, значит, повезло - никого не пытают, никто счастливым образом не попал под горячую руку Пожирателей, особенно Кэрроу. Теперь даже замечания учителей, раньше казавшиеся забавными или которые можно обернуть в шутку, стали означать, что вечером предстоит посетить мадам Помфри. Главное, сценарий не меняется: провинился - боль.
Морган, дойдя до заветного места, сверху вниз оглядела пустую стену, а затем поглядела влево и право, убедившись, что за ней нет хвоста. Повернувшись назад, волшебница долго вглядывалась в темноту, все-таки перестраховаться никогда не помешает. Убедившись, что никто кроме нее не маячит у входа в Выручай-комнату, девушке сосредоточила свое внимание на стене и, закрыв глаза, мысленно представила свой визит. Послышался звук, будто сыпется камень. Хаффлпаффка, открыв глаза, завороженно смотрела на некогда пустую стену, где теперь постепенно появлялась массивная высокая дверь, украшенная черным металлическим узором. Дверь со скрипом приоткрылась, будто приглашая девушку в гости. Морган, войдя, на миг почувствовала, что она в безопасности. Кто-то сидит в кресле у камина и обсуждает, как прошли уроки; кто-то стоит и спорит, какая команда одержала победу по квиддичу. Правда, на кого не посмотришь, у всех в руках волшебная палочка. Не в руках, так в рукаве. Каждый наготове и в случае опасности примет боевую стойку, да и вряд ли будет копошиться.
Крис, кивнув всем в знак приветствия, направилась в сторону студентов, которые, похоже, разрабатывали план действий. Девушка, резко остановившись у зеркала с фотографиями, нашла изображение с участниками Ордена Феникса. Такие веселые и беззаботные... Прямо как мы в свое время, - отметила Морган и сама невольно улыбнулась людям с фотографии. - Молодые и сильные, как мы. Разве мог кто-то предположить, что у вас появятся приспешники? Наверное, нет, но думаю, что и у нас они когда-то тоже появятся... Вряд ли тьма перестанет когда-либо существовать. Ведь, как говорил Дамблдор: "Без тьмы не может быть света". Выходит, тьма непобедим.
Волшебница, тряхнув головой, отгоняя мысли грез, направилась к Невиллу. Увидев, какое идет бурное обсуждение, девушка решила сначала выслушать идею каждого, а потом вставить и свою лепту. Облокотившись на спинку кресла и скрестив руки на груди, хаффлпаффка внимательно слушала сокурсников. Морган, только услышав предложение Герды Уэйн и Джеймса Карстаирса, заулыбалась, отметив, что девушка думает совершенно правильно, а Карстаирс призывает рассуждать более реально.
- Ммм... Мне кажется, было бы неплохо, если бы мы купили несколько интересных вещей в лавке братьев Уизли, - предложила Морган, вспоминания богатый разными штуками магазин Фреда и Джорджа. - Кстати говоря, я думаю, что Герда права. Ловушка для Кэрроу мало что значит. Если устроим потоп, то это будет слишком масштабно... Может быть действовать исподтишка, незаметно? Как Джеймс и предлагает - почему бы для сначала не узнать их слабости?
Невилл - отличный лидер. Думаю, сначала он выслушает мнение каждого, а потом, как паззл, соберет единое.

Отредактировано Chris Morgan (21.10.2014 20:59:37)

+2

17

Невилл молчал, слушая рассуждения ребят. Стараясь понять каждого из них, услышать каждое слово, каждый подтекст, ведь зачастую люди говорят не совсем то, о чём по-настоящему хотели бы говорить. Ими двигают совершенно разные мысли и настроения, дело настоящего лидера – точно понять, что имеет в виду каждый участник собрания, для чего пригодятся его идеи или навыки.
На самом деле гриффиндорец очень гордился тем, что сейчас находится здесь, а не за пределами Выручай-комнаты. Все эти ребята – гордые, смелые, отважные, настоящие защитники. Даже если они и боятся выступить в открытую против Пожирателей – это не имеет значения, ведь главное то, что они не побоялись помочь и пришли сюда. В начале года, когда только затевалась идея с возрождением Отряда Дамблдора, но уже без Золотого Трио, это всё казалось таким нереальным. Невилл боялся признаться в себе этом самому, но он был почти уверен, что его никто не поддержит. Но теперь, глядя на то, как всё новые и новые люди приходят на собрание, как их глаза горят отвагой, а волшебные палочки так и рвутся в бой против диктаторов, Невилл думал только о том, как ему повезло знать всех этих людей. Вчерашних школьников и сегодняшних воинов, которым слишком рано пришлось стать взрослыми людьми.
В Выручай-комнату заглянула Квинн Пирс, которую Невилл сам позвал на собрание. Она была уже не ученицей, но состояла в Ордене Феникса, что ставило ее на ступень выше остальных, собравшихся здесь. Она имела какой-то доступ к информации Ордена и могла связаться с кем-то, кто реально мог бы оказать им помощь. Ведь пока они чувствовали себя совершенно одинокими в этом враждебном замке, полном Пожирателей. Квинн, пожалуй, оказалась единственной в комнате, кто еще не был захвачен в плен отрицательных эмоций от всего происходящего. Сам Невилл уже за такое короткое время чувствовал себя уставшим, в голове всё сливалось в единый гул, хотя он и старался со всей внимательностью отнестись к речам ребят, но в тоже время он испытал некоторое облегчение от того, как Пирс быстро начала приводить всё в порядок по своему разумению, задавая нужные вопросы и говоря нужные слова. Невилл постарался привести себя в спокойное состояние и не смотреть в сторону немного раздражавшей его физиономии Джейми Мюррея. Гриффиндорец даже не мог объяснить, почему обыкновенная подозрительность подтолкнула его к совершенно странной неприязни к этому парню. Тем не менее это не мешало Лонгботтому внимательно прислушаться к последним словам Джейми.
- Я думаю, – наконец, вмешался Невилл в общий разговор, - что нам не стоит совершать мелкие диверсии. Злить Пожирателей – глупо, Герда права. Им это не принесет особого вреда, а вот мы можем пострадать очень серьезно, какой в этом смысл? Может быть, действительно еще не пришло время для радикальных действий, – Невилл покосился на Джеймса, - но и разного рода пакости нам ничем помочь не смогут. – Гриффиндорец замолчал, обдумывая свои дальнейшие слова. - Я ни в коем случае не предлагаю сидеть сложа руки, но и рисковать понапрасну тоже не самая мудрая тактика. Если и выступать против Пожирателей, то надо предварительно скопить как можно больше сил. Гарри… Рон и Гермиона где-то там рискуют жизнью, но я уверен, что они вернутся к… – Невилл не договорил слова «к решающей битве», осекся, не сразу сообразив, что, собственно, произошло – в Выручай-комнату ввалилась миссис Каннингем. Это было странно и как-то неправильно, Невилл точно знал, что среди преподавателей есть люди, сочувствующие Ордену, но никто не знал о нем наверняка. Парень замешкался на несколько мгновений, как и все остальные, кроме Мюррея, который протянул женщине платок. Выглядела она действительно неважно.
- Миссис Каннингем, – Невилл помог женщине устроиться в кресле, и перевел взгляд на ребят. Он понятия не имел о чем они думают, но сам он размышлял о том, что если уж Кэрроу так беспощадны к преподавателям, гипотетическим взрослым, что говорить о них, учениках, которые для Пожирателей все равно, что пыль под ногами.
Всегда приятно думать о том, что есть кто-то, кто знает лучше, кто-то, кто может защитить, сказать, что нужно делать. Кто-то взрослый, сильный и мудрый. Но сейчас, когда ребята бросали на него, Невилла, взгляды надежды, ожидая, что он скажет, как им следует поступить, гриффиндорец как никогда ощущал себя слабым и беспомощным. Он понятия не имел, что следует делать. Он никогда не ощущал себя сильным, а тем более – мудрым. Если бы он был один – он бы не задумываясь бросился на Пожирателей, не боясь за свою жизнь. Но он был не один. Были ребята, чьими жизням он не мог и не хотел распоряжаться. Невилл не мог быть лидером.
Гриффиндорец перевел взгляд с преподавательницы на Квинн. Нужно было подводить какой-то итог всему сказанному, но они так толком ни к чему и не пришли. Непонятно, что делать, ведь неясен и результат, которого они хотят добиться. Даже если гипотетически предположить, что они смогут каким—то образом скрутить обоих Кэрроу и Снейпа, где гарантия, что через час или два Лорд не пришлет на их место целую армию? Тогда маленькому, но храброму Отряду Дамблдора точно придет конец, и не только им, но и остальным ученикам, которые не сделали ничего плохого. Ища поддержки, Невилл смутно уставился на Карстаирса.

+1

18

До сих пор Герде казалось необычным и странным встревать в разговор и переводить на себя внимание. Она не привыкла ко вниманию от людей, и поэтому всегда старательно старалась избегать того огромного луча, который то и дело освещал стоявших рядом людей, у которых были и способности и желание там оставаться и вести за собой людей. В чём-то она прекрасно понимала Невилла, которому пришлось самому впрячься в голову той телеги, которую тащили дети через грязь и слякоть по кочкам да курганам. Он не привык быть лидером, и, тем не менее, ему удавалось вызвать доверие у тех бесшабашных детей, что готовы были лезть на родон при любой подвернувшейся возможности. Он заслуживал уважения, и именно поэтому получил от девушки одобрительный кивок, который наверное никто так и не заметил. Но зато все заметили её слова. От них вокруг повисла тишина, и все слушали её, как будто бы она действительно говорила нечто важное. И даже Джейми, которого она, как бы ей не хотелось этого делать, осадила своими словами, согласно опустил взгляд. Она этого не ожидала. Лэгкий ток напряжения прошёлся по воздуху тихим треском, затерявшимся в волосах, падающих на лицо словно бы в попытке огородить его от остального мира. "Вот бы кто-нибудь другой сейчас произносил эти слова." Но не было здесь никого, кто мог бы их произнести, и в центр выступила девочка, которая никогда не хотела быть замеченной.

- И да, мне нравятся слова истинной гриффиндорки, - эти слова резанули по ушам фальшивой нотой в любимой песне. Герда обернулась на голос испуганной ланью, потянув руку к рукаву. Она не знала этой девушки, и понятия не имела, что та делает на этом собрании. Однако, несмотря на это, бледные щёки наполнились нежным пунцом от похвалы совершенно незнакомого ей человека. Неуместно короткая юбка, перешитая на весьма странный манер мантия и розовые волосы выделялись на всеобщем фоне замышканности и серости, в которой они все постепенно погрязали. Когда-то самой Уэйн сказали, что её волосы напоминают смесь янтаря и золота. Сейчас же они были потускневшими и мрачными, кожа становилось серой, а глаза приобретали бурый оттенок. Она уде словно бы готовилась умирать. А вот эта незнакомка, она готовилась жить. И она цвела, пока остальные боялись поднять взгляд. Наверное, ей и самой давно пора было сделать то же самое - выпрямиться в полный рост, расправить плечи, ловя невидимыми крыльями ветер, и вдохнуть в лёгкие тот самый воздух, что снова её оживит. И расступятся горькие мысли, и пробьётся в небе луч чего-то другого, поток светлого и чистого, от которого она настолько отвыкла, что перестала принимать за правду. "Не забывай об этом, не забывай, Герда." Она ыбла уверена, что ничего у неё больше не осталось, но, на самом деле, она просто начинала забывать. Слишком долго она выступала против тьмы одна. Сейчас их больше, и они встретят тьму все вместе.

Она уже почти было пришла в себя после долгих недель неподдающейся лечению депрессии, как стена расступилась, впуская внутрь потерянное и побитое существо, в котором Уэйн не сразу признала преподавателя музыки магглов, что поспешила скрыться в полумраке.
- Миссис Каннингем... - Прошептала она в унисон с Невиллом, который первым собрался с мыслями и решил усадить женщину в кресле. Герла никогда не была близко знакома с ней, она не брала этого предмета, и лишь изредка они встречались взглядами в Большом Зале за приёмами пищи. Но она не могла и поверить в то, что преподавателям тоже достаётся, что многим приходится жить так же, как и ей - в страхе и отчаянии. Их становилось всё больше, все выражали свои мысли и идеи, но никто так ничего и не смог сказать по-существу. С Гердой соглашались все как один, но она сама, до сих пор чувствуя себя в пучине дискомфорта, не знала, что хотела сказать. Она не верила самой сеюе и своим суждениям, но чувствовала, что если на так и будет молчать, то дело опять зайдёт в тупик. Ей нужен был план. Причина, по которой она вообще решила вступить в этот диалог и настаивать на своём, но почему-то ничего в голове не умещалось. Взгляд Лонгботтома выражал не меньшую потерянность, он блуждал от человека к человеку, останавливаясь на каждом, и в комнате снова возникла тишина. А Герда тем временем совершила тот самый вздох, который забыла совершить, прерванная появлением Грейс.

- Мы устроим разведку, - произнесла она, взглянув на Невилла, словно бы надеясь на то, что он ей кивнёт и согласится, - нужно узнать всё, сколько учителей на нашей стороне, кто готов нас поддержать и как, сколько в Школе охраны, можно ли как-то сбежать отсюда, несмотря на всю охрану. - Она налеялась, что говорит это всё не зря, и люди действительно её слышат. Но её никто не перебивал, не вещал ярлыки глупости на каждое произнесённое слово. Ох уж эта игра жизни, в который раз бросающая девочку в самое пекло, от которого она уже не знала, как можно спасаться. Как бы ей хотелось, чтобы и эти слова произносил кто-то другой. Чтобы она могла забиться в тот самый угол, в котором ей до этого так хорошо сиделось. - Я понимаю, что у генералов никогда нет даже десяти процентов полной информации, но у нас её слишком мало даже для малейшей толики действий. Если мы хотим что-то изменить, нам нужны малейшие мелочи, включающие в себя график их дежурств, количество учеников, не согласных с режимом, есть ли в школе какие-то члены Ордена Феникса, готовые нас поддержать советом и действием. Если у нас этого не будет, то мы будем как слепые котята тыкаться в стену и разбивать лбы о шершавые кирпичи. - Она закончила, сжимая собственные пальцы, стараясь не выдать крайнего волнения, что её обуревало в этот миг. Она закончила речь не запинаясь, не останавливаясь, не потерявшись в середине. У Герды раньше никогда этого не получалось.

+3

19

Когда менестрель берет в руки клинок,
Лютня сгорает в огне (с)

Слушая каждого, кто высказывался за или против конфронтации с Пожирателями Смерти, Грейс поняла две вещи. Во-первых, все они, вне зависимости от точки зрения, были замучены царившей в школе тиранией, и те, кто выступал за то, чтобы сидеть, не высовываясь, просто были запуганы. Во-вторых, миссис Каннингем открыла для себя, насколько они повзрослели. Вчерашние дети, год назад кидавшиеся резинками на уроке и любовно выводящие на парте "Гринграсс - вонючка", перед лицом опасности устрашающе посерьезнели. А человеку, что готов идти на бой, не стоит поручать отнести пирожки бабушке. Впрочем, если он вооружен линейкой, лучше не посылать его спасать принцессу от дракона.
- Мы не в состоянии бороться на равных с теми, кого в свое время заточили в Азкабан, - согласилась Грейс, - к сожалению, любой из них даст нам фору десять очков вперед, - равенкловка не знала о том, что многих из присутствующих Гарри научил заклинаниям, дающим значительное преимущество даже перед приспешниками Волдеморта, - но время сражаться давно пришло. Чего мы ждем - пока вместо Crucio они будут применять Avada Kedavra? И тогда, закрывая глаза своим друзьям, мы будем продолжать беспокоиться о том, не пострадаем ли мы?  Мне страшно, жутко, - так же, как и вам. Но я понимаю, что будет еще хуже. Это не значит, что нужно бросаться на врагов очертя голову, имея в распоряжении лишь Accio, необходимо все продумать. Но и сидеть сложа руки уже преступная слабость.
- Мы можем ослабить их, если будем действовать осторожно и целенаправленно, -  населению, чья страна захвачена врагом, ничего и не остается, кроме партизанской войны. По крайней мере, в отличие от магглов, у нас нет недостатка в оружии. Отобрать палочки учеников Пожирателям Смерти пока в голову не пришло. Интересно, не передумают ли они после первой же диверсии?
- Мелкие неприятности порой раздражают гораздо больше огромной проблемы. Нам не удастся стать мечом, который отрубит голову этой гидре, но под силу стать занозой, что заставит монстра нервничать и совершать ошибки.
- Нужно решить, кто будет нашей первой мишенью, - Грейс чувствовала себя неловко, размышляя над тем, кого избрать на роль козла отпущения, хотя и знала, что негодяи сполна заслужили и большее наказание. В юности она пай-девочкой не была, но то были невинные шалости, последствия которых было легко устранить. Никогда еще миссис Каннингем не приходилось причинять зло осознанно. Если до сих пор её изобретения причиняли кому-то вред, то только случайно.
- Это должен быть кто-то, кто ведет себя не так, как, по вашему мнению, положено учителю, но и не слишком сильный маг, вроде мадам Лестрейндж, которая сожжет весь замок из мести. Иначе наше предприятие закончится, не начавшись.
Идея насчет закупки в магазине близнецов была бы отличной, если бы новое правительство не проинспектировало его в начале года и не закрыло. Фред и Джордж продолжали рассылать смех посредством совиной почты, но миссис Каннингем сомневалась, что можно будет получить подобную посылку под носом Снейпа и Ко.

+1

20

Квинн отметила, что кто-то и высказывается, но многие сидят и отмалчиваются. Она хорошо понимала, что ученики просто бояться. Внутри девушки поднялась буря эмоций, но, в основе своей, главным чувством была злость. Пирс чувствовала, что ей очень хочется пойти и найти кого-то из Кэрроу или других Пожирателей, а потом как следует этому кому-то навалять, извозить этого кого-то в грязи, поиздеваться над ним, уничтожить, может даже засунуть этому кому-то иголки под ногти. А ведь девушка редко отличалась такой кровожадностью, даже в мыслях.
Они должны быть уничтожены. И он тоже. Должны. - Квинн никогда не была злой, но она всегда отличалась непреклонностью своих решений, она всегда была уверена в своих словах и никогда не сомневалась в том, что хотела сделать. Вот и сейчас, Пирс ощущала практически физическую потребность в том, чтобы как следует отыграться на самих Пожирателях. Хаффлпаффке пришлось сдерживать себя, чтобы тут же не вскочить на ноги и не убежать прочь из Выручай-комнаты.
Квинн переводила взгляд с ученика на ученика, стараясь заглушить свою злость, стараясь отрешиться от всего, что вне этих стен. Слова мистера Карстаирса задели Пирс и на эмоциях девушка тут же откликнулась, хотя Джеймса она почти и не знала:
- А тебе не кажется, что разминки уже были? - хаффлпаффка взглянула Джему в глаза. Остудись! Ему тоже страшно! Но Квинн никак не могла сдержать внутренний порыв: - Все эти "прелюдии", все эти "прощупать почву" уже случились. Насколько я в курсе, то многие из вас уже пытались что-то сделать, - взгляд в сторону Невилла и ещё парочки учеников. - Но ничего не вышло. И знаешь что? Я тоже готова быть тем, кого можно выставить для самых "жарких" действий. Я готова быть лицом к лицу с ними. Пусть знают. - Пирс всё больше "разгоралась", но она тут же добавила: - Я никого не тащу за собой, не заставляю идти рядом. Сейчас каждый из вас должен решить сам, что на что именно он готов пойти. Я могу заверить вас в том, что никто другой не заставит вас делать то, на что вы не готовы. В конце концов, каждый может помогать по-своему. - взгляд на всех сразу, но потом девушка отыскала глазами Джеймса. Ей хотелось сказать ему, что она вовсе не против лично него, лишь против его осторожного подхода, а так они ведь все здесь заодно.
Глаза Пирс нашли юную хаффлпаффку, которая подала голос. Она выглядела чуть младше многих здесь, но Квинн точно знала, что девушка с седьмого курса. Невольно практикантка начала искать какие-то общие черты между собой и Крис. Говорить ещё раз "громкие" слова Квинн не стала, решив, что её все услышали и в первый раз.
Заговорил Невилл и выпускница слушала его чуть ли не рот раскрыв. Девушку поразило то, насколько Лонгботтом изменился, вырос сам над собой, стал гораздо сильнее морально. Раньше Квинн видела в Неве милого, немного нескладного мальчишку. Честно сказать, он таким и был. Неуклюжий, полноваты, вечно ищущий свою жабу. Таким он и запомнился девушке, когда она покидала Хогвартс. Но теперь... Теперь всё было иначе. Он повзрослел настолько, что никому такое и не снилось. Буквально за два года Невилл изменился на все сто процентов, будто кто-то повернул стрелки на часах его судьбы и всё круто развернулось на сто восемьдесят градусов. Будто художник закрасил всю картину единым цветом, чтобы написать на её фоне совершенно новую, иную. И пусть это был всё тот же Невилл, но он был иным. Не лучше, не хуже, просто другой. Хотя нет, тут я слукавила, Невилл теперь был гораздо лучше - сильнее, умнее, статнее.
А дальше ни у кого не было слов. Все смотрели на Грейс Каниннгем, а она смотрела на них и, кажется, никто не мог и слова сказать. Квинн поджала губы, потому что и у неё самой больше не находилось нужных слов. Нет, она не сникла, не потеряла боевого настроя, но всё стало каким-то тягучим, мутным, медленным, будто кипящий на тихом огне бульон, а через это варево Пирс старалась протолкнуть своё ставшее отчего-то тщедушным тельце, свои кости, мышцы и язык.
Слово снова взяла Герда. Дослушав девушку до конца, Пирс почти неосознанно кивнула.
- Да, разведка - дело хорошее. Оно подготовит нас как нельзя лучше. - хаффлпаффка посмотрела на Уэйн горящими глазами, ведь в розововолосой голове начал сформировываться план. - Я могу заняться поиском Орденцев среди преподавателей, точнее, сочувствующих Ордену. Это вызовет меньше подозрения, нежели этим будут заниматься ученики. Тем более, я держу связь с некоторыми Орденцами вне стен школы. Думаю, в нужный момент их можно будет провести сюда по скрытым туннелям, благо Кэрроу и их приспешники до сих пор не догадались, где именно находятся эти туннели.
И тут заговорила миссис Каннингем. Квинн не знала, почему именно ученики не вступают с ней в спор, но у самой хаффлпаффки язык чесался высказать этой женщине многое. Нет, не всё из этого было плохим, потому, когда Грейс замолчала, выпускница вновь заговорила:
- Простите, если скажу что-то не так, но я считаю себя достаточно подготовленной для того, кто может встать против Пожирателей, - уверенно произнесла Пирс, смотря учительнице прямо в глаза. - Мне хоть и немного лет, но я уже успела поучаствовать в нескольких стычках с ними. Да, они сильны, я не буду отрицать очевидного. Они быстры, но не все из них. Не каждый из них действительно может убить, многие ещё те трусы. Они все разные, нужен индивидуальный подход. - Квинн на миг задумалась. - Нам действительно стоит выбрать мишень. Предлагаю кандидатуру кого-то из Кэрроу. Они сильны, но, на самом деле, в них нет ничего необычного, кроме злости. Впрочем, можно подумать и о ком-то "полегче". Может так будет и лучше даже... - Пирс обвела всех новым внимательным взглядом, будто подбадривая к высказыванию предложений. - Может кто-то из вас отмечает у кого-то из профессоров странное поведение? - сама девушка не спешила высказывать новые идеи по поводу "мишени", потому что не хотела бы ошибиться, да и не так близко уж она общалась с преподавательским составом. Надо будет обязательно поговорить с профессором МакГонагалл, она должна быть хоть в каком-то курсе происходящего.
- И, знаете, я тут подумала, мы можем отлично действовать в различных направлениях, - Квинн задумчиво пожевала нижнюю губу. - Кто не хочет светиться, может делать какие-то отдельные вылазки, заниматься делом, не светясь, так сказать. Те же, кто менее заботлив на свой счёт, например, я, могут отправиться, условно говоря, в самое пекло. - девушка посмотрела на Лонгботтома, ожидая, что скажет именно он. Ведь Невилл теперь лидер, а значит вряд ли кто-то будет действовать без его согласия или хоть какого-то одобрения. И Пирс это понимала: лидер должен быть всегда и его решения должны быть приняты без споров. Квинн просто знала, что уж она-та не входит в компетенцию Невилла и всегда сможет поступать по своему разумению.

+2

21

[avatar]http://avatar.imgin.ru/images/26-2CDxbl9J8R.png[/avatar]

The darkest days the darkest nights, I won't stop until the day I die

И не было среди них того, кто бы не боялся. В каждом взгляде, окружающем Джейми можно было заметить толику страха..спрятанную под упрямостью, отвагой и желанием быть сильным. Хотя бы духовно. Хотя уже эту ошибочность можно было назвать раздвоением мировосприятия. Никто не запрещает им бояться, никто не гонит их палками на эту войну. Войну с неуравновешенным взрослым мужчиной, который с легкость может переломить чужие позвонки, а после выкинуть бездыханное тело, даже не задумавшись о том, какой жизни это тело лишилось. Его уже было не спасти, но сражаться с таким злом кучкой несовершеннолетних студентов - ей богу, самоубийство.
Сейчас каждый пытался высказаться, зацепиться хотя бы за какую-то идею, а на деле..они просто топтались на одном месте, обмусоливая одно и тоже и боясь посмотреть друг другу в глаза. Никто даже и представлять не хотел каково это - столкнуться с Пожирателями там, за стенами этой маленькой комнаты...не просто на уроке, где ты пытаешься зажаться в уголке и молишься, чтобы тебя не заметили, а открыто выступить против них, нацелив палочку в лицо. Ведь никто из этих отважных представителей правой партии Хогвартса не способен произнести смертельное проклятье, отдающее зеленым оттенком. Нет, произнести его может кто угодно, даже нацелить свою палочку в лицо другому человеку. Но вот уверенности в том, что что-то произойдет..нет. Для того, чтобы заклятье сработало нужно обладать черным сердцем. Нужно хотеть лишить жизни, смотреть своей жертве в глаза и желать отнять у этого человека все. Жизнь, сердце, любовь, воздух. Как раз-таки Пожиратели умеют это делать и делать уже сто тысяч раз. Им не важно ребенок перед ним, женщина или честный порядочный человек. Они легко могут оборвать жизнь на полудыхании.
Что там говорить о детях, даже Джордж сам не уверен в том, что способен на что-то подобное. Он бы не смог хладнокровно отнять чью-то жизнь. Даже в обмен на жизнь брата...как бы страшно это ни звучало.

Он молчал, выслушивая очередные доводы членов Армии Дамблдора, а внутри него все еще продолжало разгораться чувство, что необходимо рискнуть своей жизнью в обмен на жизни этих детей. Он был готов. Он был готов пожертвовать спасением Фреда. И он уверен, что брат бы все понял и не стал бы его осуждать. Ведь даже тогда, будучи за тысячи километров от школы, слоняясь с братцем и Ли Джорданом по степям и затхлым квартиркам, Джордж осознавал, что дела в школе обстоят туго. Чего стоили их редкие визиты в школу и то, что им приходилось видеть. Замученные, израненные лица, запуганные взгляды и искры той самой жестокости. На самом деле Джорджи боялся, что кто-то все таки станет способен произнести Авада Кедавра и убить своего противника. Это для близнеца было сродне смерти и потере одного из учеников. После этих слов сложно остаться прежним и вернуть себя в былое состояние.

- А тебе не кажется, что ты слишком рано начинаешь думать о столь радикальных действиях? Мне думается, что нам следует начать с разминки, прелюдии, так сказать. Не стоит сразу бросаться в омут - нужно сначала прощупать почву, понять, чем мы рискуем. Мы можем так потерять слишком многое и не обрести ровным счётном ничего - Джордж вскинул голову на эти слова, сказанные Джеймсом Карстаирсом. В нем вновь бушевало противоречие. Эти дети настолько погрязли в собственных противоречиях, что уже сложно было согласиться в чем-то даже с самим собой. Он хотел согласиться с Джеймсом, так они могут остаться в стороне от слишком активных действий, но душа Гриффиндорца не дала ему и рта раскрыть в поддержку Карстаирса. А как раз наоборот - Начать с разминки? Джеймс, неужели тебе не надоело видеть на окружающих кровь и ссадины. Они давно перестали с нами играть в прелюдии и разминки. Где-то там, внизу, в подвалах, они пытают наших маглорожденных однокурсников. У нас не осталось времени даже на эти бессмысленные обсуждения, не то, чтобы разминаться и выжидать. - Джордж сорвался, он не смог удержать себя в руках. И сейчас он навлечет на себя открытый огонь со стороны своих же...они итак его не особо жалуют со времени присоединения Мюррея в стан Армии Дамблдора.
Тем не менее, слова Герды имели в себе смысл. Разведку действительно можно было провести, но нужно было действовать продуманно и осторожно. - Если проводить разведку, то нужен кто-то, что будет отвлекать наших Пожирателей...не хватало еще, чтобы они поймали нас с поличным. Мы итак уже достаточно пострадали от их рук. - Джейми покосился на мисс Каннингем, все еще замечая дорожки от слез, оставивших след на ее щеках.
Мюррей поднялся, подошел к Квинн Пирс и встал рядом с ней. Он тоже был готов. Готов броситься в пекло, применить все свои силы, чтобы дать шанс остальным добиться успеха. Он был готов сделать это во имя Армии Дамблора. Он был готов это сделать во имя своего брата.
- Я присоединяюсь к мисс Пирс. Я готов броситься в самую гущу сражения или встретиться лицом к лицу с Кэрроу и прочими. Вдвоем все же лучше, чем одному. А вы все идите на разведку. Думаю имеет смысл разделиться на группы и задействовать все наши возможные силы. - Давно забытая сила духа поднялась внутри рыжего, рисуя улыбку на его лице. Он хотел активных действий. Он хотел искоренить как можно больше зла в их общем священном альма-матер.

Отредактировано George Weasley (20.11.2014 21:52:25)

+2

22

Как сложно порой молча усидеть на месте, заставить себя оставаться сторонним наблюдателем. Пожалуй, каждому знакомо подобное чувство, словно прожигающее огромную дыру где-то под сердцем. И еще труднее запретить себе даже думать о таких моментах, вновь и вновь прокручивать в памяти те минуты, когда твоя душа велела тебе прийти на помощь, забыв о страхе, а разум твердил оставаться неподвижной. Ох, сколько подобных эпизодов пережила Дженнифер за последние пол года, сколько раз она винила себя за свой страх и неуверенность, как часто клялась помочь в следующий раз. И… все было тщетно. Ужас, что она пробудит своего личного монстра, того, который способен уничтожить её изнутри гораздо быстрее самого Темного Лорда, не говоря уже о каких-то жалких пешках вроде Кэрроу, вновь и вновь остужал её сердце, в тысячный раз заставлял оставаться где-то в стороне, отсиживаться и отмалчиваться. Как она ненавидела себя за это, как сильно презирала свой «дар» и все из него вытекающие последствия, как яро мечтала стать «нормальной», обычной девчонкой, переживающей о семье и друзьях гораздо сильнее, чем о собственной шкуре.
Ощущая себя совершенно лишним человеком в этой комнате, уверенная, что Отряд был бы лучше без нее, Гаскойн еле-еле заставила себя посмотреть в глаза Невиллу, так искренне заботившемуся о каждом члене ОД, и, в общем-то о каждом ученике в замке. Я не достойна здесь находиться, мне давно следовало бы уйти, сбежать, словно маленькая крыска, поджав хвост. Ведь, если хорошенько подумать, я ничем не отличаюсь от этих животных, первых покидающих тонущий корабль. Они бездействуют, не пытаются спасти свой дом, помочь другим… Чем же я отличаюсь от них? Парочкой своих жалких попыток защитить малышей? Вздор, это ничто, по сравнению с тем, что сделал каждый, кто находится в этой комнате.
Дженнифер просто не знала, что ответить Долгопупсу, который всегда был к ней излишне добр. Точнее не так, она не могла это сделать, по-детски боясь, что ее собственный голос ее подведет, что она сорвется на мышиный писк - достаточно забавное, а для других оскорбительное, сравнение все чаще приходило Лисице на ум. К счастью, ответа не потребовалось - дверь в комнату снова и снова открывалась, пропуская вновь прибывших революционеров.
Интересно, хотя бы кто-нибудь из присутствующих чувствует нечто похожее? Наверное, нет. В этих людях слишком много уверенности в себе, решительности, они не подвластны своим внутренним демонам, иначе этого клуба не существовало. Хотя нет, возможно, он продолжал бы функционировать, разве что был сгнившим внутри, обреченным на поражение, слишком бы сильно напоминал Инспекционную Дружину, в свое время созданную жабой в розовом. Призадумавшись на этот счет, равенкловка немного успокоилась. Никогда не поздно начать действовать, поскольку помощь не бывает лишней. Что, если придумать свой план, рассказать его остальным? Уж что-что, а навык прятаться и делать многое незаметно у меня есть, пускай этим я и похожа на Слизеринцев… Действительно, Гаскойн частенько сравнивала себя с представителями змей и находила много схожих черт, тех, что так сильно пугали ее. Главное, правильно все сделать и ни в коем случае не отказываться от «грязной» работы, не оставаться в стороне. Мне нельзя становиться лишь мозговым центром, даже если получится придумать что-то дельное…
Посмотрев по сторонам, кивнув в знак приветствия нескольким людям, Дженнифер лишь поудобнее устроилась в своем кресле. Надо сказать, место выбрала она подходящее - она видела всех пришедших, слышала обсуждение и, если вдруг ей будет, что сказать, каждый услышит ее слова. Оставалось одно - придумать, что говорить или хотя бы, кого поддержать. Ну, и конечно же, во втором случае перебороть внутренний голос, назойливо повторявший «ты здесь лишняя, ты не имеешь право голоса, ты ничего не сумеешь изменить».
Практически все идеи, высказанные ребятами, показались Гаскойн совершенно неуместными, глупыми, детскими. Словно студенты планировали навести порядок в песочнице, наивно полагая, что грязные выходки сумеют встряхнуть замок и снять оковы, и, из-за этого Дженнифер расстроилась еще больше. Она не знала с чего начать и стоит ли ей говорить вообще. В конце-концов, чем ее план был бы лучше остальных? Верно, н-и-ч-е-м. Она такая же маленькая девочка, решившая, что кто-то покусился на слепленный ей куличек. Лишь Герда, милая, скромная Герда была права, сказав, что подобные действия ни к чему не приведут, лишь она до сих пор могла трезво оценивать ситуацию… Наверное, сначала стоит поговорить с ней, обсудить, стоит ли рассуждать насчет незаметной, негласной войны с нашей стороны. Или же это не будет стоить ровным счетом ничего. Не хотелось бы по-напрасному сотрясать воздух, заставлять смельчаков рисковать лишний раз. Жаль, что с нами нет никого из взрослых. Они бы сумели помочь или хотя бы немного умерить пыл мальчишек…
Как только рыжая пришла к подобным размышлениям, дверь вновь отворилась и в комнату упала, вы не поверите, одна из юных педагогов. Пожалуй, это комната и правда способна на все. Стоило только подумать! Неужели все настолько просто? Хогвартс, спасибо тебе, спасибо за все! Дженнифер мысленно поблагодарила замок, все еще не веря в свою удачу.
Внимательно посмотрев на профессора, Гаскойн заметила кровь на ее лице и руках и подскочила с кресла. Неужели они нападают и на преподавательский состав? Никогда бы не подумала, что они пойдут на такое. Впрочем, ее помощь была бы лишней - Мисс Каннингем уже окружили со всех сторон студенты. Рыжая устало рухнула на свое кресло, при этом скинув совершенно ненужный учебник на пол, и вновь погрузилась в собственные размышления. Нам нужно заставить их сомневаться друг в друге, пускай это будет очень сложно сделать. Ну, или хотя бы понемногу раздражать их, всех вместе и каждого по отдельности. Не только известных нам пожирателей, но каждого, в ком мы хотя бы немного сомневаемся. Практически всех новых педагогов и тех, кто хотя бы в чем то ведет себя подозрительно, начиная от косых взглядов в сторону учеников и заканчивая странным времяпровождением в свободное от работы время. Темный Лорд не так глуп, чтобы оставлять замок на попечение лишь известных нам монстров, иначе игра была бы слишком очевидной. Наверняка, замок кишит не одним десятком его лазунчиков, предпочитающих не высовываться… И, что касается Слизерина, пожалуй, маленькие «шалости» стоит начать именно с них. Наверняка клубок змей выступает не только глазами и ушами Волдеморта, но и его руками. Довольная своими мыслями, Гаскойн вновь подняла взгляд на ребят.
Речь снова толкал Джейми Мюррей - достаточно подозрительный молодой человек, который впервые появился в Отряде лишь месяц назад. Дженни не доверяла этому странному парню, о котором до этого момента она и во все не слышала. А что теперь? Он вновь и вновь лезет на рожон, выдвигая одну безумную идею за другой. Ну вот, чего и следовало ожидать, снова рвется в бой. Последние его слова, -Я готов броситься в самую гущу сражения или встретиться лицом к лицу с Кэрроу и прочими. -Лишь подтверждали ее мысли.
-Ребят, я не считаю, что стоит выступать так открыто. Подумайте сами, нас просто перебьют. У них слишком много ресурсов и приспешников, о которых мы даже не подозреваем. К тому же, они гораздо сильнее нас, знают гораздо больше заклинаний. Не все, конечно же, к узколобым Кэрроу, пожалуй, последнее не относится, но все же. Если мы действительно хотим изменить ситуацию, нам следует начать издалека. И действовать строго по плану. Пожалуйста, послушайте, - с каждой секундой Лисица чувствовала себя все неувереннее, ей приходилось выдавливать из себя слова. -Я не уверена, что моя идея хоть в чем то хороша, но, все таки хочу высказаться. Не для кого не секрет, что в замке Пожирателей и их сателлитов гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Если мы нападем в открытую на Кэрроу, это ничего не решит. Даже если вдруг кто-то сумеет убрать их из школы, в чем я сомневаюсь, на их место придут такие же тираны. Если не хуже. Нам нужно действовать издалека, проверить каждое подозрительное лицо в Хогвартсе и начать, как бы примитивно это не звучало, со змеиного клубка и вновь прибывших волшебников. Надо вычислить слабости каждого и ежедневно пакостить им по-маленьку, так, чтобы это было практически незаметно. Чтобы их это раздражало. Тогда они начнут злиться, спорить и, скорее всего, ссориться друг с другом. Как мне кажется, это лучший вариант. Если человек сомневается в своем товарище, он уже наполовину побежден.- Дженнифер замолчала так же внезапно, как и заговорила. Надеясь, что не наболтала чего-нибудь лишнего или, хуже того, глупого, она быстро переводила взгляд с одного лица на другое, боясь остановиться на ком-нибудь больше, чем на пять секунд, ожидая неодобрения.

Отредактировано Jennifer Gascoigne (07.01.2015 15:13:59)

+2

23

- Нам не удастся стать мечом, который отрубит голову этой гидре, но под силу стать занозой, что заставит монстра нервничать и совершать ошибки. - Возможно, это было единственным правильным предложением во всём этом разговоре, но Герда до сих пор не понимала, к чему именно они стремятся. Конечно, заставить дракона делать ошибки это было хорошо, но что если он ненароком наступит на одного из товарищей? Было бы полезно рисковать ради того, чтобы дракон опустил голову, и тогда отсечь её мечем, но зачем же просто быть занозой у него в подкрылках, чтобы он ворочался, обрёл параною и сносил хвостом их хрупкие баррикады? Скорее всего, будущее будет окрашено красным, подобно лепесткам роз, что покрывают чёрную грязь. И Уэйн боялась. Боялась, что кровавый след, что сейчас вёл к могиле её родителей и родителей её маленькой кузины, будет вести ещё и к друзьям. И для чего? Для того, чтобы они не чувствовали себя неудобно из-за того, что ничего не предприняли? "Почему мы так настойчиво пытаемся действовать? Почему мы постоянно куда-то бежим, не расчистив перед этим дорогу? Не решив, что именно они собираются делать, они действуют слишком осторожно, стараясь лишний раз оступиться." Дети кричали, перекрикивали друг-друга, но никто никого не слышал. Они доказывали своё право на нахождение в этой комнате словами, повторяя друг-друга или же не соглашаясь и начиная спор. Но почему же никто не мог увидеть финальной цели?

- Именно поэтому нам нужно провести проверку. - Отвечала она на слова Грейс, понимая, что действовать всё-таки нужно. - Сначала нам нужно понять, что именно мы можем сделать и кого нам лучше атаковать, чем бездумно бросаться в схватку сами не зная с кем. - Почему-то ей стало очень холодно, она скрестила руки под грудью, подоткнув пальцы в похолодевшую мантию. Становилось уже поздно, и даже пламя камина не достигало её. То испытание, что упало на их плечи в этом году было слишком тяжёлым, чтобы его нести. Наверное, именно поэтому они так часто падали и спотыкались, ибо плечи их не могли этого вынести.
- Простите, если скажу что-то не так, но я считаю себя достаточно подготовленной для того, кто может встать против Пожирателей, - Уэйн неровно качнула головой, неприятно поморщившись от того, что розоволосая девушка решила своим ярким недовольством подтвердить неприятные мысли. Она горела ярче всех, подстрекая детей к бою, крича о том, что она связана с Орденом, отбивая в барабаны зловещий ритм, что мог привести лишь к боли да смерти ещё больше количества людей. Сама Герда сама не так давно привела своих друзей на поле боя, спасая Джинни. Она помнила боль, помнила змееподобное лицо Волдеморта, что предстал перед ней самой смертью, облачённую в человечкоподобное обличье. Она знала, как это было поспешно и глупо, но на тот момент другого выбора не было - совсем не то, что сейчас, когда другие варианты прямо роились в черепе, перебивая слова стоящих рядом.

- Я присоединяюсь к мисс Пирс. Я готов броситься в самую гущу сражения или встретиться лицом к лицу с Кэрроу и прочими. - В прошлый раз, на озере, после того, как его выгнали с собрания, он изменился, и не в самую лучшую сторону. Мюррей настолько хотел стать нужным человеком, что соглашался на любое решение, что собирало в себе большинство голосов.
- Нет никакого смысла бросаться в самое пекло! - Она не заметила, как твёрд стал её голос, какая властность просачивалась в его нежные и тихие нотки. Шёпот громче крика, она никогда этого не забывала, но сейчас она не могла удержать дрожь раздирающего изнутри ужаса ничем, кроме как более громкими словами. - Нет смысла ставить палки в колёса Пожирателям, пока у нас не будет плана, что именно мы будем с этим делать. Мы можем целенаправленно завалить карету, но в этом случае надо будет успеть схватить обескураженных вельмож до того, как они придут в себя. Я понимаю, что сейчас становится всё позднее и позднее, что выжидать времени нет, но у нас слишком мало ресурсов, чтобы разбрасываться ими направо и налево ради глупости только потому, что мы не можем провести должной разведки и собрать хоть минимальное количество информации. Пожалуйста, одумайтесь, остановитесь на мгновение и хотя бы попытайтесь понять, куда именно вы бежите.

Дженнифер говорила умные вещи, размеренные, спокойные. Именно такие, какие им всем нужно было слышать, чтобы притушить тот огонь, что призывает за собой не только мотыльков, но и страшные тени. Все вокруг Герды казались такими сильными и уверенными, она же сама всегда чувствовала себя слабой и никому не нужной - глупой обузой в той войне, которую могли выиграть лишь генералы, умеющие орудовать слыбыми пешками с дрожащими коленями. "Наверное, зря я зоговорила." Она не была больеш уверена даже в собственных словах. На них будут наступать, думая, что они взлетели, но эти пешки умеют выпустить шипы, и когда через их головы снова пойдёт война, они выпустят шипы, и сами взлетят в небо. Сейчас им всем казалось, что мир повернулся к ним спиной, загораживая лица полами пальто, что не разобрать было их принадлежности. Всё было совсем не так, каким оно должно было быть. Учителя были зверями, дети, любившие свободу, заперты в тюрьме, а заговорщики были обычными школьниками, что не могли договориться друг с другом. Было слишком больно таким образом падать с вершин таких надежд. Слишком больно было проигрывать первым же раундом. Любовь и нежность затерялись в сжатом от ужаса сердце, и это было хорошо. Как только кто-то загорится, так же как и Квинн сейчас, всё будет потеряно - они выгорят дотла до раунда номер два.

+3

24

Мы не выбираем времена, мы можем только решать, как жить в те времена, которые выбрали нас © Дж.Р.Р.Толкин
Квинн была права насчёт того, что хватит переливать из пустого в порожнее и определиться с конкретными целями. Напор девушки импонировал миссис Каннингем: воистину опасен тот, кого довели до ручки. Реддл не учёл, что на любого тирана в результате найдётся свой суд Линча. Невозможно угнетать слабых и обездоленных бесконечно, в конце концов, они поймут, что потеряли всё, ради чего стоит жить и пожертвуют многим, лишь бы добиться того, чтобы пусть не им, погибшим во имя идеи, но хоть кому-то в будущем выпало жить в обществе справедливости и свободы.
- Кэрроу не подходят, - Грейс машинально коснулась разбитой губы, - я понимаю, почему именно на них, в первую очередь, направлено ваше негодование, но они пока для нас недосягаемая планка. Если мы попытаемся до неё допрыгнуть, то сломаем шею, - её немного удивляло, что все, говоря об одном и том же, были убеждены в том, что спорят друг с другом и попыталась указать на общее:
- Я согласна с Джейми, что нужна разведка, - женщина положила руку на плечо юноши, который вёл себя так достойно, будто бы уже стал мужчиной,  - Герда правильно заметила, что без подготовки не стоит бросаться в самое пекло, - магглорождённая кивнула гриффиндорке, что, казалось, была сама смущена собственной рассудительностью, которая её однокашниками вполне могла быть расценена как трусость,
- Есть два способа ведения войны, которые зависят от численности противника. Если его армия меньше, то нужно бить в лоб, не давая шансов на отступление, - это действовало и в школьном дворе, когда они играли в  казаков-разбойников, и на реальном поле боя, судя по истории, - если его армия больше, нужно разделить её, - она старалась по возможности избегать менторского тона, недолюбливая его даже на уроках, не говоря уже о нынешней ситуации, когда все они были равны перед лицом опасности.
- Дженни справедливо напомнила, что в замке есть не только Пожиратели, но и те, кто им сочувствует, - несмотря на то, что Грейс любила всех выпускников Хогвартса, всё же с учениками родного факультета всегда было проще найти общий язык, - с них и стоит начать, это всё равно, что лишить врага союзников, - над их головами не хватало шатра, а перед ними – карты, где можно было бы расставлять фигурки солдат и кораблей.
- Один из самых отвратительных из них – японец, - Грейс наморщила переносицу, вспоминая непривычное имя, -  Тачи Тадао. Он ведёт себя как полноправный Пожиратель Смерти, но на самом деле не является им, хотя и мечтает о метке, - миссис Каннигем слышала об этом от Алекто, которая не заботилась о том,  слушает ли её помощница, которую изуверка расценивала, как домашнее животное, - он жесток, но при этом не особенно одарён в Боевой Магии. Если у него не будет времени на подготовку, каббалист не сможет противостоять Армии Дамблдора, поднаторевшей в заклятьях. 

+2

25

Гул голосов нарастал, было сложно выделить какой-то один голос в этом шуме. Все говорили вместе и сразу, все замолкали вместе и сразу. А может Эрике просто так казалось, точно не понять, ведь голосов и правда было довольно много.
Девушка закусила нижнюю губу, сплела пальцы рук в какой-то замысловатой форме. Всё это выдавало то, что равенкловка нервничает, что ей совсем неуютно говорить и даже просто думать о том, чтобы на кого-то напасть. Но Гейл понимала, что сидеть на месте больше тоже нельзя, нельзя терпеть всё то, что происходит в стенах школы, иначе очень скоро и её саму могут найти мёртвой где-нибудь на астрономической башне.
Высказывание о том, что стоит сунуться к Кэрроу или даже самому Снейпу, казалось девушке каким-то неправильным, будто само по себе было лишено смысла. Нас просто сразу всех перебьют, а те, кто будет на передовой... - Эри всю аж передёрнуло, когда она представила, что могут сделать Пожиратели с теми, кто будет наступать первыми. Точнее, с теми, кого они обнаружат первыми. Вся злость, весь гнев, вся ненависть - это всё вырвется и от несчастного не останется ни малейшей частички, ни крупицы его сущности.
Тедди прикрыла глаза, помотала головой, выгоняя мрачные мысли.
Настройся на позитив уже, в конце концов. Ты только и думаешь, что о плохом.
Но подумать или даже произнести в слух, это вовсе не тоже самое, что сделать то, о чём подумал или сказал. Сложно переступить себя, сложно взять себя в руки, когда страх застилает глаза и ты совершенно не можешь услышать голос разума.
Честно говоря, слушать странную перебранку Джейми и Джеймса было неприятно, потому что было не совсем понятно, что именно эти двое не поделили. В конце концов, на собрание появилась и та же самая Морфея, которая в Отряд не входила, но все почему-то напали именно на Мюррея. А ведь он гриффиндорец, совсем не дурак и чего на него так обозлились? В этом году много кто искал защиты и те, кому доверяли, могли попасть в Отряд и могли его поддержать. Пожалуй, только слизеринцев никто не мог принять в отряде, а всех остальных ждали почти с распростёртыми объятиями, хоть сперва и проверяли. Невилл не брал абы кого, но лишней подозрительностью не страдал. Только вот с Джейми. Почему же всё-таки они все его так недолюбливают?
Когда Лонгботтом упомянул золотое трио, Тео слегка вздрогнула. Она никогда раньше всерьёз не задумывалась о тех, кто ведь всего на пару лет старше неё, а на их плечах буквально судьба всего магического общества лежит. Эрика осознавала, что тут нужна просто огромная сила духа, а также ум, совесть, честь. Она всегда искренне уважала Гермиону, она всегда отлично относилась к Рональду и даже немного была влюблена в прекрасного и знаменитого Гарри Поттера, но после всего случившегося... Сейчас Эри с трудом понимала как именно относится ко всем троим, это уж не просто уважение, искренний интерес, лёгкая влюблённость или что-то ещё, это нечто большее, трудно описываемое словами. Если бы троица появилась на пороге Хогвартса, Теодора не задумываясь встала бы на их сторону. Она не знала как поступили бы её многочисленные родственники, хотя большинство она и хорошо знала, но себя-то она знала лучше, потому Эрика была уверена в своих поступках. И она всей душой болела за то, что делали Гарри, Рон и Гермиона там, вне замка, вне хоть какой-то защиты.
А дальше снова были длинные речи, умные слова и куча предположений, но ничего конкретного. Гейл даже вздохнула, она как-то не представляла, чем именно она может помочь.
Знания мисс Каниннгем немного удивили, особенно то, что она знает о новом преподавателе. Сама Тедди не особо знала этого человека, не ходила на его занятия, видела его только в большом зале и, честно сказать, с трудом вспомнила его имя.
- Что вы предлагаете сделать с ним? - довольно робко спросила Эрика, не стараясь кого-либо перекричать. Она чётко решила, что будет участвовать в чём бы то ни было, что решит Армия Дамблдора. Но сначала стоит уточнить, что именно они придумают. Тео посчитала, что размышления преподавательницы все посчитают действительно разумными и примут её советы. - Я бы хотела помочь... - ещё более тихо и робко, немного неуверенно, но сила всё равно чувствуется в голосе.

+3

26

План, что и говорить, был превосходный; простой и ясный, лучше не придумать. Недостаток у него был только один: было совершенно неизвестно, как привести его в исполнение.

Когда ты вечно куда-то опаздываешь, волей-неволей специально стараешься прийти в назначенное место как можно раньше. Поэтому Катарина за час до того, как должны были собраться все остальные уже стояла перед проявляющейся сквозь стену дверью в их тайное место для собраний.
Теперь ей каждый раз трудно было входить сюда. Волна стыда накрывала её, стоило только посмотреть в глаза друзей. В эти минуты ей казалось, что всё пропало. Её глаза, её лицо говорят слишком много, слишком бесконтрольно. Но друзья заботливо спрашивали, не заболела ли она. От этого, правда, только хуже. Катарина бесконечно радовалась тому, что последнее время все настолько заняты своими проблемами, что никто и не замечает, что с девочкой что-то произошло.
Никогда не подумала бы, что невидимкой быть приятно.
Девочка коснулась дверной ручки и быстро проскользнула внутрь. Просторный пустой зал. Пучки колон, висящие в воздухе, ни на что не опирающиеся, устремленные ввысь к крестовому стрельчатому своду с нервюрами. Старое зеркало, местами облупленное, с черными крапинками. На нем прикреплены колдографии и вырезки из газетных статей. Взгляд Катарины опять зацепил снимок Седрика Диггори, где он улыбается, такой живой, такой настоящий, что даже не верится, что таким он остался только здесь, на крошечном листе бумаги. По середине залы - камин, полыхающий согревающим огнем. Рядом с ним большое кресло. Кресло? Его раньше здесь не было.
Решив, что это комната позаботилась о ней самой, чтобы ей не ждать на холодном каменном полу, Катарина уютно устроилась в нем, подтянув колени к груди. Она просидела минуту, глядя на языки пламени. Подперла щеку рукой. Её выносливости хватило где-то на четверть часа, а потом Катарина уснула, убаюканная треском поленьев в камине.

Необычная зала. Выстроенные в четком порядке скамьи. По середине пьедестал, высокая кафедра, большой стул с красной спинкой. Катарина только моргнула, как вдруг зал наполнился людьми, все как один были в черных масках. А за той самой кафедрой на "троне" восседала женщина в роскошном красном платье. Что-то это напоминает... Итак, Катарина, ты признаешь свою вину? Рядом с ней вдруг появился тот юноша в смешной шапке с ушами и карманными часами, которого она все не могла догнать в своих снах. Сама же Катарина обнаружила себя за трибуной. Это зал суда. А в чем она обвиняется?

Потревожили её беспокойный короткий сон громкие возмущенные голоса друзей.
И в самом-то деле, как же я могу вот так взять и всё не проспать!
Здесь в Выручай-комнате была очень своеобразная атмосфера. Создавалась она тем, что обиженные пожирателями юные волшебники могли выплеснуть свои эмоции и негодование. Поэтому еще и хорошую психологическую помощь оказывало это место. Только вот сейчас мало что могло успокоить разбушевавшиеся эмоции орденовцев.
Катарина тихо открыла глаза. Её похоже еще никто не заметил. Возбужденный спор друзей накатил на нее волной слов. Она безошибочно узнала голос Невилла, голос Джены, такой примиряющий и немного неуверенный, выделялся среди других и голос любимого преподавателя музыки магглов. Когда какофония звуков немного затихла, Рин перевернулась в кресле, встав на мягкое сидение коленями. Ее от остальных отделяла только спинка кресла. Слегка нахмурившись, Катарина вдруг заговорила, по-началу даже испугавшись того, как громко прозвучал ее голос.
-Мне кажется, мы должны найти запасной выход из Хогвартса, или что-то вроде базы или укрытия. Случись что, мы будем в безвыходном положении и не сможем помочь друг другу. Замок огромный и никто не знает его лучше, чем мы сами. Наши враги находятся на чужом поле боя и это дает нам преимущество. - девочка ненадолго замолкла, всё еще неуверенная, давали ли ей право голоса. - Мне кажется, нужно им воспользоваться.

Отредактировано Katarina Watts (21.01.2015 01:19:47)

+3

27

тот, кто остался в живых, всегда чувствует себя виноватым. ц

Дину всю ночь не спалось: сперва сильный ветер, поющий свою песню за окном гриффиндорской спальни, затем Невилл, тихо бормотавший что-то во сне и отбивавшийся от невидимых врагов, мешали гриффиндорцу забыться спокойным сон. По правде говоря, бессонница стала его вечной спутницей. Палочка теперь всегда была зажата в руке, комфорта от этого не прибавлялось, зато тревога отступала на второй план, уступая место временному спокойствию. По такому сценарию они жили почти полгода: Симус, засыпавший почти мгновенно, Невилл, тихо разговаривающий во сне и Дин, наблюдающий всю эту картину со стороны, пока усталость, наконец, не сделает своё дело.
Но эта ночь была тяжелее остальных: помимо обычных пару часов, которые Дин проводил прислушиваясь к дыханию друзей, сегодня добавились собственные тревожные сны. Не то чтобы он никогда не видел их, но случалось подобное крайне редко. А уж после продолжительной дружбы с Лавандой, Томас стал считать сновидения чем-то крайне неприятным: ему почему-то казалось, что все сны обязательно должны быть вещими.
...Старый паркет был натерт до блеска, казалось, в нём можно увидеть своё собственное отражение. Третья половица слева от лестницы как всегда встретила хозяина неприятным скрипом. Отец так её и не заменил, оправдываясь тем, что так они точно будут знать, если дети захотят улизнуть из дома ночью. На первом этаже стояла подозрительная тишина. Как заботливая мама, она накрыла одеялом дом, и тихонько напевала колыбельную тиком старинных часов с кукушкой. Пробило полночь.
- Мам? Пап? - негромко позвал Томас, не осмелившись нарушить своим криком убаюкивающую тишину.
Парень медленно поднимался по лестнице, ведущей на второй этаж, но что-то казалось ему подозрительным. Всё было в точности, как в его родном доме, стены, полы, цветы на окнах. Но настроение изменилось. Вместо привычного спокойствия и уюта, которые всегда источал дом Томасов, в нём теперь пахло тревогой.
- Есть кто дома? - спросил гриффиндорец чуть громче, крепко зажав палочку в правой руке.
Добравшись до второго этажа, Дин подошел к ближайшей двери, ведущую в родительскую спальню и приоткрыл её. Внутри никого и ничего не было. Даже обоев. Томас резко развернулся и начал попеременно открывать все двери второго этажа. Ничего. Абсолютная пустота.
- Нет, нет, нет, не может быть...-Тихо бормотал под нос волшебник. Вновь спустившись на первый этаж и забежав в гостиную, Дин обомлел. Это действительно был его дом. Только его дом. Все фотографии свидетельствовали именно об этом. Как будто он купил эту недвижимость неделю назад и просто не успел обустроиться. Никаких лишних вещей, никаких изображений сестер или брата. Только он...

Дин резко вынырнул из сна, сел и с шумом сделал глубокий вдох. Кто-то быстро подскочил к его постели и аккуратно уложил обратно. Это был Невилл.
- Всё хорошо, ты в Хогвартсе, в своей спальне. Сейчас шесть утра. Ну и напугал же ты нас. Перед самым пробуждением начал поднимать палочку, боялись, что ты начнешь заклинаниями бросаться.
Томас слабо улыбнулся. Ему было не по себе от того, что он увидел. Но ещё хуже становилось, когда он понимал, что не может написать своим родителям и узнать всё ли хорошо. Ещё летом он поговорил со всей своей семьей, долго успокаивал плачущую мать и сестер, и только отец с братом молча восприняли новости. Было решено, что вся семья на время переедет в Америку, к сестре мистера Томаса. Сам Дин запретил матери писать ему письма. Никто в тот последний вечер, когда они виделись, не произнес слова "До встречи". Всем было страшно, что они никогда не увидятся. В том числе самому гриффиндорцу.
-Эй, соня, пора вставать. Или хочешь вместо завтрака пару минут покорчиться на полу Большого Зала? -  Симус потрепал Дина по голове, прерывая воспоминания.
-Сегодня я предпочту овсянку, сэр, - парень бодро спрыгнул с кровати и стал переодеваться. Такими шутками сопровождался каждый их день.

***
- Народная мудрость гласит: погано день начнешь, погано его и продолжишь, - тихо бормотал себе под нос темнокожий паренек, тщетно плутавший по коридорам Хогвартса на протяжении часа. За ним следили. Дин не мог привести хвост в Выручай-Комнату, поэтому ходил туда-сюда, тщетно надеясь, что скоро преследователям надоест и они найдут для себя  занятие поинтереснее. Но время шло, а картина не менялась. Совсем отчаявшись, гриффиндорец вдруг вспомнил одно место в Хогвартсе, где ему обязательно помогут. Не зря же он столько времени провел там развлекая хозяйку шуточками и домашним джемом своей мамы.
Буквально долетев до Больничного Крыла и, к своей радости, найдя большую часть коек занятыми, Томас громко произнес:
- Простите, мадам Помфри, я сильно опоздал. Мы не могли бы провести наш сеанс сейчас? -сухонькая женщина вышла из своего кабинета и посмотрела на него как на полоумного. Давно пора запретить этот квиддич, совсем детям мозги бладжерами поотшибло.
- Томас, а вы...
- Ничего не говорите, мадам Помфри, я сам всё знаю, - перебивая волшебницу и подходя к ней ближе, громко изрек гриффиндорец. - Видите людей, заглянувших сейчас в дверь за мной? - волшебница, помедлив, кивнула. - Мне нужно быть в другом месте, но так, чтобы они думали, что я здесь, - тихим шепотом произнес Томас.
Волшебница ещё раз кивнула, а затем громко запричитала:
- Боже, Томас, вы себя с этим спортом совсем не бережете! Немедленно ложитесь на кровать и раздевайтесь! Будете лежать здесь как минимум до вечера, пока ваша проблема не перестанет беспокоить вас окончательно. Что стоите? Я сказала ложитесь!
Томас, сказать честно, от такой прыти даже растерялся, но звонкому голосу и проникновенному взгляду не подчиниться было невозможно. Пока гриффиндорец развязывал галстук, мадам Помфри поставила возле кровати ширму отгородив её от лишних глаз.
- Сейчас ты незаметно зайдешь в мой кабинет, встанешь между шкафом и столом, и постучишь палочкой по картине. Проход выведет тебя на шестой этаж. Дальше разберешься сам.
Тут он понял, почему мадам Помфри выбрала ему самую дальнюю кровать, которая почти вплотную примыкала к старинной деревянной двери. Дин готов был расцеловать эту только кажущуюся строгой женщину и подарить ей весь мир. Но в силу обстоятельств пришлось ограничиться простым "Спасибо". В точности выполнив инструкции волшебницы, гриффиндорец прошмыгнул в открывшийся перед ним узкий проход и направился вперёд. Полезно всё-таки поддерживать хорошие отношения со старшим поколением. Проход привел его на шестой этаж, точно как и обещала мадам Помфри. Ещё раз оглядевшись по сторонам, Томас облегченно выдохнул и направился туда, где его давно уже ждали.

***
В Выручай-комнате, тем временем, кипела жизнь. Дин зашел как раз в тот момент, когда собравшиеся спорили о методах, которыми будет осуществляться возмездие. Решив для начала послушать о чём говорят, гриффиндорец стал осматривать пришедших. Все они были разные. Большинство из них он знал достаточно хорошо, чтобы им доверять, кого-то видел всего пару раз. Не осталось незамеченным и присутствие нестудентов. Это придавало собранию действительно революционный оттенок.
- Мне кажется, мы должны найти запасной выход из Хогвартса, или что-то вроде базы или укрытия. Случись что, мы будем в безвыходном положении и не сможем помочь друг другу, - в виду последних событий, Дин действительно оценил здравость этого предложения. Им нужны выходы. Никто из пожирателей не знает потайных ходов замка, в этом он был уверен. Иначе сейчас бы он здесь не сидел.
- Я согласен с Катариной. Нам действительно нужен выход. Уверен, что он существует, - Все присутствующие обернулись. - Извините за опоздание.  За мной следили, пришлось немного поплутать. - Гриффиндорец широко улыбнулся. Он был рад видеть всех этих людей здесь. Они вселяли в него надежду, что он ещё сможет увидеться с родными.
- Я бы ещё предложил усилить нашу практическую часть. Думаю, в библиотеке найдется много защитных и атакующих заклинаний, которых мы не знаем. Которых не знают младшекурсники. Случись что-то серьезное, они ведь даже не смогут себя защитить.
Дин давно уже думал над этим. Каждый раз, когда их с Симусом наказывали за то, что они не желают отрабатывать Запрещенные заклинания на младшекурсниках, каждый раз, когда кто-то из них плакал в гостиной Гриффиндора, Томас понимал, что если Пожиратели Смерти начнут действовать, ребятишки не проживут и пяти минут.
- А если говорить о пакостях, способных навредить Пожирателям...Может, договоримся с Домовиками? Пусть подсыпают им в еду какую-нибудь дрянь. Наверняка, есть что-то, что уменьшает магические силы или их концентрацию.

Отредактировано Dean Thomas (05.02.2015 07:26:12)

+4

28

Джинни редко опаздывала и не любила, когда опаздывают другие. Сегодняшней встречи в Выручай-комнате она ждала, казалось, целую вечность: видеть постные лица друзей в коридорах совсем не то, что воодушевленно обсуждать с ними сумасшедшие планы побега и избавления от Пожирателей. Эти редкие вечера поселяют отчаянную веру в сердцах заговорщиков.
И все же, как бы ни хотелось скорее попасть на тайную встречу ОД, Джинни не могла пренебречь безопасностью друзей, и такая, казалось бы, короткая дорога заняла у нее не меньше часа.
Когда Джинн наконец проскользнула в появившуюся из неоткуда дверь, в Выручай-комнате собралось уже не меньше десятка человек.
Поздоровавшись, девушка еще долго не проронила ни слова, выслушивая друзей. В ее голове еще не созрел четкий, продуманный план, но в том, что ограничиваться мелкими шалостями нельзя, сомнений не было.
Джинни присела в узкое кресло рядом с Невиллом и Эрикой и позволила себе наконец расслабиться - это единственное место, где можно отдохнуть и почувствовать себя в безопасности.
Подергивая ногой, Джинни раздумывала о том, как можно насолить этим безжалостным извергам. В голову ничего не приходило, как и всегда, когда пытаешься специально на чем-то сосредоточиться. Плавно ее мысли уплыли подальше, туда, а вернее к тому, к кому они возвращались всегда, когда девушка хоть на минуту позволяла себе расслабиться. Удивительная роскошь, на самом деле.
И вдруг она поняла, что так настойчиво вертелось в ее подсознании. Дин и Катарина натолкнули на одну идею:
- Ведь действительно, Пожирателям и не снилось то, что мы знаем о Хогвартсе. Замок и большинство его обитателей готовы нас негласно поддержать. Нужно этим воспользоваться и запустить снежный ком, который будет нарастать и сам выльется в большие проблемы для Кэрроу. Пока я понятия не имею, как это провернуть... Но домовики, учителя, ученики, даже призраки хотят изгнать их из замка. Вы помните, как рад был Пивз насолить Амбридж? Думаете, он откажется в этот раз? Разве есть кто-то, кроме него, кто способен устроить хаос невообразимого масштаба меньше, чем за час? Конкуренты ему только Фред с Джорджем, жалко, что они сейчас не с нами. Так вот, о чем я: нужно составить план, который от нас потребует лишь руководства. Нужно сделать так, чтобы формально никто не оказался виноватым, словно для Кэрроу просто случился очень неудачный день. Наказание последует в любом случае, но так оно точно будет мягче.

Джинни закончила и блаженно размякла в кресле, на одном дыхании выпустив то, что рвалось наружу. Она постукивала пальцами по подлокотнику и ждала, что скажут ее друзья, чтобы зацепиться за их идеи и продолжать мозговой штурм.

Отредактировано Ginevra Weasley (10.02.2015 00:00:11)

+2

29

На опоздавших Герда воззрилась с лёгким признаком укора из под тяжёлых, сбирающихся скадками век. Она устала соскребать уже сказанные слова со стен, и никак не хотела затеряться в этом диалоге ещё сильнее. Светлые идеи тонули в тьме постоянных глупостей, и где-то в глубине души Герда корила Невилла за то, что он не зажёг свечу над всем этим кошмаром, ибо свет дня эту комнату практически покинул. Она понимала чувства, обуревающие этих людей. Сочувствовала Грейс, которая наверняка проходила через все те же мучения, что и они, касаясь разбитых губ. Звонкие слова Джинни резонировали где-то глубоко в грудной клетке, сплетаясь с мягким тембром голоса Дина и неуверенными выпадами Эрики. Но, несмотря на то, что в ответ на их слова сердце хотело громко биться, радуясь тому, что хоть кто-то поддерживает её мысли, голова качнулась из стороны в сторону, выражая неудержимое неудовлетворение. По правде говоря, она не понимала никого из говорящих, аналитически они не сказали ни одного аргумента, ни единого плана, и Уэйн не могла понять, как ей как можно мягче намекнуть на это, чтобы не задеть ничьи чувства. Идеи и мысли порхали под высоким потолком, выражая все мысли, сны и планы детей, которые они видели в моменты желания мести и в моменты первобытного страха. Они хотели этого. Но совершенно не представляли, как это сделать.

- М-мне кажется, что мы утеряли нить, - птицы отпели своё, образовалась долгая пауза, в которой Герда тихим, неуверенным голосом, вновь запинаясь и пропуская глупые паузы, пыталась быть подобной птицам, - сейчас мы говорим о трёх разных вещах, так давайте по порядку. Первое, нам надо знать, как выйти из замка, чтобы иметь запасной выход. Для этого нужно связаться с теми, кто ходит сюда и обратно достаточно часто. Есть у кого-нибудь подобные знакомые? Как вариант, можно попробовать связаться с Фредом и Джорджем, они знали все входы и выходы. Скоро пасха, и на каникулах можно наведаться к ним в магазин. Третий вариант, попросить Выручай-комнату создать нам проход. Например, камином, который Министерство не сможет отрегулировать, хотя очень сомнительно, что она на такое будет способна. - Наверное, однажды они не вспомнят этого разговора. Волны времён смоют из слёзы, а ветры - воспоминания. Но сейчас всё было таким важным, таким настоящим. Пальцы похолодели от волнения, сомкнувшись в тугой замок бледной кожи, а сердце явно чувствовалось в груди, заполняя пустоту размеренным стуком. Она дала достаточно времени на то, чтобы все присутствующие успели прокомментировать первый вопрос.

- Вторая проблема это неспособность себя защитить, как её правильно сформулировал Дин, - девушка осторожно кивнула головой в его сторону, хотя на это и не было причин, - у неё два подпункта. Первый, как младшекурсникам защитить себя. Думаю, если мы азделимся по факультетам и займёмся обучением детей по группам, мы сможем разешить эту проблему. Второй подпункт - как нам защитить себя? Думаю, тут нам не помогут книжки, не помогут друзья. Гарри вложил нам в руки всё, что только мог, и это уже гораздо сильнее того, что могут дать нам часы образования. Нам нужен человек, прошедший боевую подготовку или же тот, что гораздо опытнее нас. Человек, которому мы можем довериться. - Воспоминания о Лютном Переулке всплывали настолько настойчиво, что Герда снова щапнулась в собственных же словах, пытаясь отогнать фантомную боль летящих в тело камней и огня. Лик Волдеморта застыл в воспоминаниях Чёной Меткой на небе, словно заранее прищывая оплакивать чью-то смерть. А кто-нибуд ведь наверняка погибнет. - Вариантами таким людей могут быть профессор МакГонагалл, Флитвик, и... - она осторожно поверулась к Грейс, - и вы, мисс Каннингем.

Все они шли по пыльнам дорогам, вороша продырявленными подошвами камни. Герда не хотела бы поднимать ещё больше ветра, летящего в глаза молодой преподавательнице. Скорее всего, та практически ничего и не знала о боевой магии, но она совершенно не представляла, что делать. Квинн могла бы быть бесценной, но и та утеряла возможность держать палочку прямо за своим увлечением портретами. Это было видно невооружённым взглядом. Оставалось лишь надеяться на то, что хоть кто-нибудь знал иного преподавателя.
- А все остальные моменты упираются в один лишь вопрос, который мы уже два года не можем ответить. Чего мы хотим добиться? Когда мы сможем ответить на этот вопрос, план действий сам ляжет перед нами открытой картой. Наши цели необределённы, запутанны и размыты. Мы хотим победы Гарри, хотим прекращения страдания студентов, хотим сохранности наших семей. А если спросить конкретнее, то мы замолкаем. Потому нам и не понять друг-друга сегодня. Давайте все вместе, один за другим, ответим на вопрос чего именно мы хотим. - Не бывает сложных вопросов, если лишь плохо сформулированные. Почему нам так сложно сказать, в чм смысл жизни? Потому что мы не понимаем, что спрашивающий имеет ввиду. А если вопрос сформулирован правильно, то и ответ становится очевиден. Пришла пора исправить вопрос "что нам делать?" на что-то более прямолинейное.

Отредактировано Gerda Wayne (08.05.2015 16:09:33)

+1

30

Жаркое обсуждение, настоящие пылкие дебаты: кто советует молчать, терпеть, прятаться, кто - напротив, жаждет решительных действий и не готов молчать. Да, обстановка в Выручай-Комнате, вне сомнения, накалилась, в тот январский вечер не высказался разве что ленивый и немой. Так или иначе, но смелый Отряд Дамблдора сумел найти золотую середину, которая не ограничивалась кнопками на преподавательских скамьях и не доходила до открытого нападения. Мало кто увидит в решении смелых волшебников что-то удивительное - собрание постановило обратить пристальный взгляд на брата и сестру Кэрроу, торжественно поклявшись сделать все возможное для того, чтобы вывести главных мучителей Хогвартса из строя. Небольшая паранойя еще ни для кого не проходила бесследно, как нам с вами известно. Даже злодеям нужен покой, а храбрые волшебники решили лишить тиранов этой привилегии, заставляя постоянно находиться в подозрениях и лишая уютных сновидений, полных мучений и детских криков.
    Мы не сможем сказать точно, кто решился взять на себя ответственность. По всей видимости, отряд выбрал тактику пчелы - жаль и улетай. Стоит отметить, что желто-черная матроска очень подходит трудолюбивым и усердным созданиям, а можно ли себе представить кого-то усерднее гриффиндрца, решившего воздать по заслугам обидчикам? Вот и мы говорим.
    К сожалению, не все поддержали энтузиазм большинства. Например, Дженнифер Гаскойн всячески подчеркивала свое нежелание участвовать в "сомнительной и безрассудной авантюре", и что стало с бедняжкой? По школе ходят слушки, что её утащила Тьма, ратующая за благосостояние замка. Увы, ничто не сгладит горьких ощущений, вызванных этим печальным фактом, но желающие поддержать с новой силой бросаются на амбразуры партизанской войны против близнецов.
    И что мы имеем? Февраль подходит к концу, а у бедняжки Алекто уже нервный тик, который не скрыть. Отряд Дамблдора находит себе надежного лидера в лице господина Томаса, в то время как Невилл залечивает раны, их "шалости" далеки от завершения и, по всему выходит, не прекратятся, пока волшебники не достигнут своей цели. Однако, маленькие победы ведут к новым проблемам - и без того пристальное внимание к ученикам становится чуть ли не дыханием в затылок. Хочется лишь напомнить храбрецам строчку из старой магловской песни: только смелым покоряются моря.
    Впереди еще много побед и поражений, ну а собрание от 20-ого января официально считается закрытым. Гасим свечи, прячем карты. Партизаны работают под покровом ночи, при свете дня. Отряд Дамблдора не сдается и никогда не сдастся. Мы верим.
Шалость удалась


КВЕСТ ОКОНЧЕН

+2


Вы здесь » Hogwarts: Ultima Ratio » Квесты » q. o.13.1 Problem Child


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC